Феникс не придирчив к своим куклам: пока он может заставить их улыбаться, у него будет кто угодно. В его глазах нет добра или зла, есть только печаль, которую ему непрерывно нужно исцелять.
Печаль — величайшая болезнь в мире.
Феникс всего лишь хочет это исправить.
Я подхожу к нему медленно, не пытаясь избежать грязи, и делаю шаг прямо к нему, прижимаясь грудью к его груди. Моя рука обхватывает его затылок, всего дюйм разделяет нас по росту: мои шесть футов пять дюймов против его шести футов четырех дюймов. Я наклоняю голову и провожу губами по его шее, покрытой пятнами крови, ощущая вкус соли и меди. Другой рукой я обхватываю его горло, его прохладную кожу, покрытую тонким слоем пота, и вдыхаю его резкий железный запах, оттеняющий аромат хрустящего яблока и копченой древесины.
— Тебе нужна помощь? — Я дышу ему в ухо, прикусывая зубами раковину.
Медленно одна из его больших рук поднимается в маленьком пространстве, между нами, вокруг тишина, мое сердцебиение успокаивается, когда его ладонь скользит по мне, прохладная кожа, окрашенная в красный цвет, ложится поверх моей футболки. Мои руки покрываются мурашками, холодный воздух кружит вокруг нас, напоминая, что мы снаружи, среди стихии, а не заперты внутри невидимого пузыря, созданного специально для нас.
Медленно, одним единственным движением он качает головой в мою сторону. Другая его рука поднимается, вцепляется в мою хлопковую футболку, притягивая меня ближе, наши тела соприкасаются повсюду. Наши бедра выравниваются, его член утолщается под узкими джинсами, прижимаясь к моему. Он вдыхает меня, медленно и глубоко, мой запах успокаивающий и знакомый, помогающий ему оправиться от кайфа.
Я наказываю его так же, как и он меня.
— У Блейза есть девушка, — говорю я информацию ему на ухо, проводя языком по его мочке. — Я думаю, мы должны забрать ее, — тихо выдыхаю, слова словно золотую нить, за которую он может ухватиться. — Она выглядит грустной, — признаюсь я, это заставляет меня слегка нахмуриться, ее большие голубые глаза были слишком стеклянными для счастья. — Мы могли бы поиграть с ней вместе.
— Когда Блейз закончит, — шепчет он, его ответ методичен, голос мягок, как призрачная ласка на прохладной коже моей шеи.
Я молча киваю, прижимаюсь губами к его пульсу, слегка посасывая, он выгибается мне навстречу. Хватка на моей рубашке усиливается, его ладонь все еще прижата к моей груди, его пальцы сгибаются, их кончики впиваются в меня. Вспышка жара пронзает меня, когда он двигает бедрами, мое колено толкается между его бедер.
Пульс на его горле беспорядочно колотится под моей ладонью, мой большой палец поглаживает его шею спереди, над кадыком, останавливаясь во впадинке у горла. Я целую его в скулу, поверх закрытых век, вниз по носу, мои губы находят его, он целует меня в ответ, наши языки лениво переплетаются, как будто у нас есть все время в мире. Мы делаем это, и, если бы кто-нибудь помешал нам, нашему моменту, тому, что мы делаем вместе в безопасности теней, я бы убил их, а затем трахнул Никса в их крови.
Липкая ладонь Феникса скользит по моей груди, захватывая горло. Пальцы нащупывают мой пульс, его голова откидывается назад, на розовых губах играет нежная улыбка, лук Купидона глубоко вырезан на его лице, он похож на гребаного херувима.
Я хватаю его за горло, он — за мое, и мы тянемся друг к другу одновременно. Наши губы сталкиваются, зубы клацают, языки впиваются в губы. Мой скользит по его, хватка на горле наклоняет его, я прикусываю его нижнюю губу, язычок проводит по его зубам.
Мы обезумели, срываем друг с друга одежду, царапаем кожу, кусаем губы, тянем за волосы. Я откидываю его голову назад, когда его руки находят пояс моих джинсов. Его окровавленные пальцы скользят внутрь, обхватывая мой член, как твердый шелк, я тяжело дышу, прижимаясь к его виску, моя голова наклонена, шея прижата к нему. Он проводит рукой по всей длине, мой пресс напрягается от жара, адское пламя оживает внизу моего живота, разжигая огонь в груди. Мое сердце бьется так, словно охвачено огнем, отчаянно пытаясь вырваться из своей костяной тюрьмы, ребра сжимаются, прокладывая себе путь в мою темную душу.