– Остаешься на хозяйстве, Вормс. Меня сегодня не будет, возможно, целый день. Оставляю на тебя стекольщиков. Будут проблемы – звони.
Морису хотелось сказать все, что он думает о попытках дозвониться Винтеру, когда он действительно нужен, но лучший стрелок Разбойничьей Гильдии благоразумно промолчал. Он и сам был рад отсутствию колдуна. Никто не будет мешать ему следить за Можаевой, которая рано или поздно должна будет вывести его к квентиновскому шпиону.
– Валю не трогай, – словно прочитав его мысли, уточнил Джулиан.
– Сам хочешь потрогать? – криво усмехнулся Морис.
– Ты меня понял.
– Я тебя понял.
Когда стрелок ушел, Джулиан сварил себе кофе и не спеша выпил его вместе с завалявшимися в ящике квентиновского стола полузасохшими овсяными печенками. Затем отправился на условленную встречу.
Антикварный магазин находился в конце одной из окраинных городских улиц. Рядом расположились автобусная остановка, продуктовый магазин и уютный зеленый скверик. Само здание было старое двухэтажное с прилепленными к стенам декоративными колоннами, изжелта-зелеными от времени, и статуями с истертыми лицами под самой крышей. Единственной данью современности в этом строении была дверь – мощная, железная, с домофоном и висевшей над ней камерой. Дверь была распахнута настежь, возле входа шла какая-то возьня. Импозантный низенький сухонький старичок вместе со стройной невысокой светловолосой девушкой лет шестнадцати таскали из дома стулья и расставляли их прямо на тротуаре. Этот процесс сопровождался беззлобной, но яростной перебранкой.
Подойдя ближе, Джулиан заметил, что стулья раритетные. Высокие спинки, изогнутые ножки, чёрный бархат, знакомые вензеля…
«Это же из моего дворца! – промелькнуло у него в голове. – Сколько же ещё следов из XIII века я тут найду?»
До него стали долетать слова.
– Бли-ин! Что ж так не везет-то! – выдохнула девушка, вытаскивая очередной стул и без всякого трепета перед стариной устало плюхаясь на него. – Дед, мы не успеем высушить их до прихода твоего покупателя! Все безнадёжно!
– Нет-нет, Леночка, сдаваться никак нельзя, – пропыхтел старичок, показавшийся на улице с очередным стулом. – Все получится. У меня хорошее предчувствие.
– Дед! Дому сколько лет? Взгляни на него: его сносить пора! Он вопиет о ремонте! Никто не будет вкладывать в него столько денег!
– Ну сколько денег, о чем ты, Леночка? Крышу подлатать – сущие пустяки. Я бы и сам мог, если бы не возраст…
– И не ревматизм! Крыша – ладно. А если твоего нового владельца пришибет тут какой-нибудь балкой? Вовек от греха не отмоемся. Опять-таки, все эти стулья… Вот мы их вынесли. И дальше что? Как мы объясним потенциальному покупателю, что они делают на улице?
– За мебелью нужен уход. Может, мы их проветриваем, чтобы не пахли старостью и пылью.
– У нас течёт крыша. И они столько раз намокали, что скоро будут пахнуть плесенью, а не пылью… Ой, здравствуйте!
Девушка осеклась на полуслове, заметив неспешно подошедшего Джулиана. В ее больших серых глазах отчетливо промелькнула напряженная мысль о том, как много успел услышать незнакомец из ее диалога с дедом. Пожилой мужчина так и замер в обнимку со стулом, с интересом воззрившись на Винтера.
– Добрый день, – Джулиан улыбнулся самой обворожительной и располагающей улыбкой, на какую был способен, и поцеловал руку смущённо вскочившей после этого даме. – Меня зовут Дмитрий Вересков. Я пришёл насчёт покупки магазина.
Дед и внучка обреченно переглянулись. Припрятать все свои огрехи они явно не успели.
– Очень приятно, Димочка, – тем не менее, придя в себя, ласково улыбнулся в ответ пожилой мужчина, поставил стул на землю и протянул Винтеру руку. – Признаться честно, мы представляли вас несколько старше… И все же, мне отрадно видеть, что молодежь в наше время интересуется стариной.
По лицу внучки было понятно, что у нее это вызывает далеко не отраду, а здоровое недоумение.
– Меня зовут Иван Петрович, а это моя внучка Леночка, она мне помогает.
– Родители на лето сослали. Вместо деревни, – добавила от себя Леночка, как будто Винтер нуждался в пояснениях. – Пусть ребёнок подышит пылью вместо свежего воздуха. Оригиналы!
– У вашего дедушки большое хозяйство, не удивительно, что ему нужна помощь, – любезно ответил ей Джулиан.
– Да, слишком большое. И мы надеемся, что вы избавите его от этих забот.
– Лена!
Иван Петрович с укором взглянул на внучку, Джулиан рассмеялся.
– Покажите мне дом, – попросил молодой человек. – Я уже чувствую, как у вас уютно.
Дед и внучка опять обменялись затравленными взглядами, тем не менее, первый кивнул и перешагнул через порог. Бывший Великий колдун последовал за ним. Лена за их спинами открыла бутылку газировки, ранее оставленную ей на тротуаре, при этом уронив несколько капель и шипучую пену на драгоценную обивку стула, привычно затерла все ладонью и отпила.