– Что вы здесь делаете?!
– Сколько патетики! Разве ты этого не хотела, милая? – Джулиан успел галантно поцеловать ей руку, прежде чем девушка одернула ее и отступила к Вадиму. Тот немедленно обхватил ее за плечи и сурово взглянул на Винтера.
– Зачем ты вернулся?
– Я привел тебе медицинскую помощь, – усмехнулся Великий Черный колдун. – А если серьезно – спроси у своей благоверной.
– Джулиан, ты зачем меня сдаешь?! – зашипела Можаева.
– А смысл теперь таиться? Мы же вроде больше не враги, нам нечего делить, – передернул плечами тот.
Валька издала разочарованный вздох. Вадик переводил недоумевающий взгляд с одного на другую.
– Валя, я чего-то не знаю? – преломил бровь он.
Тут девушка разозлилась. На смену растерянности пришла ярость.
– Да нет, все тебе известно! И давно! – вызверилась она. – Я люблю Джулиана и встречалась с ним в средних веках, пока в наши отношения, как обычно, не влез Квентин!
– В наши отношения, как обычно, лезете вы! – немедленно огрызнулся Паулус.
"Боже, и как она не встретилась там со Светой! – подумал Ландышев, до глубины души уязвленный свалившимся на него откровением. Находясь рядом со своей возлюбленной перед лицом успешного конкурента, он только сейчас понял, насколько безвозвратно далека она от него. Они больше никогда не будут вместе. Неосознанным движением он убрал руки с Валькиных плеч. Но мысли его продолжали вертеться вокруг проблем названой сестры. – Но Джулиан-то хорош! Обманывал обеих девчонок! Чертовски права была бабушка, когда предостерегала нас всех от этой парочки!"
Тряхнув головой, Вадик посмотрел на Валю.
– Тогда действительно, почему ты так нервничаешь? К тебе вернулся твой любимый, разве ты не рада?
– Да, но он захватил своего драгоценного ученичка! – ядовито откликнулась Можаева. – Если бы он действительно хотел быть со мной, он не притащил бы с собой Паулуса!
– Но он везде его с собой таскает.
– Хватит обо мне в третьем лице! Я не чемодан!
Вадим перевел взгляд на Квентина и неожиданно улыбнулся. В улыбке его против воли просквозила искренняя радость, не оставшаяся незамеченной Валькой.
– Вадим, и ты еще ему рад?! Да он чуть не избил меня в прошлую встречу!
– Я избил?! – Квентин аж поменялся в лице. – Это ты набросилась на меня с кулаками!
– Потому что ты схватил меня!
– Ого, похоже, в прошлую встречу между вами происходило что-то интересное! – присвистнул Джулиан. – Может, расскажете поподробнее?
Оба сразу осеклись и обиженно замолчали.
– Джулиан! Ты вернулся! – к собравшимся присоединилась восторженная Света. Она без обиняков привычно повисла у него на шее.
Вадик не осмелился взглянуть в лицо Вали, но интуитивно понял: сейчас грянет гром. И ему отчего-то очень сильно захотелось оказаться подальше отсюда. Он посмотрел на Квентина и, к своему удивлению, обнаружил, что его взгляд принадлежит ему, Ландышеву. Паулус не сказал ни слова, но по его глазам, по мимолетному движению брови Вадик понял, что колдуну точно так же не нравится весь этот балаган и он предлагает удалиться. Не раздумывая, Ландышев подошел к Квентину.
– Нам нужно поговорить, – бросил своему учителю и другу Паулус и под удивленные взгляды девушек отошел с Вадиком в сторону.
– Нам тоже! – резко сказала Можаева, поворачиваясь к парочке. – Джулиан, зачем ты вернулся?
– Разве не понятно? Ко мне, – вместо мужчины откликнулась Света.
– Уж к тебе-то он не вернулся бы ни за что! – отбрила рыжая. Затем снова обратилась к Джулиану: – Ты за книжками, да?
– Да, – не стал отпираться Винтер. – Чувства – не предлог для моего возвращения. А твоя информация меня очень заинтересовала. Валя, ты же умная девушка и должна понимать, что все это время я не любил тебя. Быть рядом с женщиной, ухаживать за ней, использовать ее, играя в галантного кавалера, для меня так же естественно, как дышать. Я без этого просто не существую. И такой женщиной для меня все это время была ты. Но, прими от меня комплимент, тебя оказалось не так-то просто использовать. В каждом своем действии ты отдаешь себе полный отчет, никогда полностью не поддаваясь чувствам. И в этом мы с тобой похожи. И это делает тебя таким интересным человеком как для меня, так и для Квентина.
– Последнее особенно отрадно! – недовольно процедила сквозь зубы Можаева, пытаясь скрыть ту боль и то разочарование, которые принесли ей слова Джулиана. Какой бы умной и расчетливой она ни была, в чем бы в глубине души не подозревала Винтера, ей все-таки очень хотелось быть с ним. И помогала она ему всегда только потому, что рассчитывала завоевать его любовь. А он любви не хотел. Выходит, права была все это время добрая старушка Мария Павловна? Выходит, Квентин ни при чем? Джулиан и только Джулиан по своей собственной воле совершает поступки, и мнение его озлобленного побратима на них сильно не влияет.