– Да, – хмуро кивнул Вормс, не выказав особой радости и при виде бывшего начальника. – Когда вы ушли в прошлый Хэллоуин, нам с Венкотом и Афореем нужно было на что-то жить, и работа встала в серьезную проблему. Дурацкий век, здесь нельзя никого убивать, из этого сразу делают целое событие. А мы больше ничего не умеем.
– Охрана? – преломил бровь настырный Джулиан.
– У нас же нет лицензии на ношение оружия! – огрызнулся Морис. – Лицензию сделать сложно, и в охрану нас не взяли. Тогда я стал каждый день читать объявления на остановках и в бесплатных газетах, и так узнал, что в этот музей нужен экскурсовод. Меня взяли, потому что я отлично знаю английский язык, – здесь это почему-то ценится, – и историю XIII века. Сложнее было протащить Венкота и Афорея. Уж эти обормоты без меня точно бы пропали! Но за самую маленькую зарплату их все-таки взяли ухаживать за экспонатами и убирать в залах. Мы, конечно, не миллионеры, но на жизнь нам хватает.
– Венкот и Афорей сейчас с тобой? – спросил Квентин.
– Афорей – да, он в музее. Драит оружие в каком-то из залов. А Венкот… – Морис запнулся и почему-то со злостью посмотрел на Джулиана, как будто предчувствовал новую порцию насмешек. – Венкот во время работы ухитрялся нюхать средства для протирки экспонатов. Пару раз его поймали в невменяемом состоянии и выгнали. Теперь этот идиот устроился грузчиком в фармацевтическую фирму, поближе к своим любимым таблеточкам. Держу пари, зарплату получает ими же.
Джулиан действительно не удержался от смеха, но ничего не сказал; Квентин тактично спрятал улыбку в уголках губ. Не желая и дальше акцентировать внимание колдунов на своих неудачах, Морис спросил сам:
– Ну, а вы-то зачем вернулись? Да еще культурную программу себе наметили.
– Хочешь ты этого или нет, но он снова в деле, – Квентин посмотрел на Джулиана. – Он может нам помочь и наверняка знает, где книга.
Винтер нахмурился. Снова связываться с лучшим стрелком Разбойничьей Гильдии ему не хотелось – слишком много его было в последнее время, – но и справедливость слов Паулуса не признать он не мог. Книга Дика Спенсера в музее, а Морис все тут знает и может поспособствовать в ее получении. Подумав, Джулиан утвердительно кивнул сообщнику.
– Нам нужна книга Ричарда Спенсера о Черном колдуне, – сказал Квентин Морису.
– О Великом Черном колдуне? – преломил бровь Вормс, и в голосе его послышалось ехидство. – Собираешь библиотеку на старости лет, господин Винтер?
– Я хоть и на старости лет, но приобщаюсь к знаниям, а ты-то уже покойник, тебе ни к чему, – отбрил Винтер.
– Просто у меня одна жизнь, а не десяток.
– И той уже нет!
– Морис, ты знаешь, где книга? – повысил голос Квентин.
– Ее здесь нет, – Вормсу пришлось проглотить раздражение и снова обратить внимание на бывшего начальника. – Она очень древняя и плохо сохранилась. Говорят, ее вообще нашли где-то в низовье Темзы, и вода сильно повредила страницы. Вчера ее отдали на реставрацию.
– Ты знаешь куда? – спросил Паулус.
– Да. Здесь все возят одному и тому же человеку – Василию Алферьеву. Он живет на Ивановской площади в одном из старых домов. Вы надеетесь украсть ее?
– Он сам нам ее отдаст, – задумчиво произнес Винтер. – Задурить голову одному человеку – плевое дело.
– Будьте осторожны. Здесь будут ждать ее возвращения и наверняка заявят в полицию для ее поисков.
– Ты… беспокоишься, что ли? – одинаково удивленные, Джулиан и Квентин переглянулись. – За нас?!
– Квентин, – в бездушные глаза Вормса вдруг закралась просьба, – возьми нас обратно, к себе! У меня в печенках сидит этот благообразный образ жизни! Я стрелок, убийца, мне нужны опасность, риск, погони и слежки, а не прозябание среди музейных экспонатов! Мне все здесь противно! Видит Небо, я никогда не чаял увидеть тебя вновь, но раз уж судьба сжалилась надо мной…
Морис по привычке попытался встать перед удивленным Квентином на одно колено, но Джулиан с полупридушенным воскликом: "Ты что!?" успел подхватить его. Оба сразу же выпрямились и отстранились друг от друга.
– И многим ты тут поклоны успел навешать? – шикнул на него Джулиан. – Как тебя еще в психушку не упекли!
– Морис, все не так, как раньше, – спокойно сказал ему Паулус и даже позволил себе благодарную улыбку. – Я сам без работы и никому не нужен, за мной уже не охотятся и мне не завидуют, и никакого риска и приключений я предложить тебе не могу. Мы сами вернулись в неопределенность и заново ищем место в этой жизни.