– Со здоровьишком? – не понял Джулиан, потихоньку приходя в себя. – Клюшкой двинете, чтобы мне было не до сердца?
– И клюшкой могу, и пошептать, и плюнуть, – с видом опытного садиста покивала головой бабуля. – А ты как думал? Бесов, их только так и изгоняют.
– Спасибо, конечно, но как-нибудь в другой раз, – поперхнулся Винтер, которому только изгнания клюшкой и плевками для полного счастья и не хватало.
– Ты сходи к отцу Иоанну, – наставительно ткнула в него пальцем престарелая доброхотка. – Сегодня как раз его служба. Он за тебя помолится и причаститься даст. Уж он целитель от Бога. Святые его слушают. При одной мне стольких чудом на ноги поставил!
"Интересно, кто такой? – против воли озаботился Джулиан. – Тоже колдун какой-нибудь дожил до нынешних дней? Или бабуля преувеличивает?"
Подождав, пока зала не перестанет вертеться перед глазами, Джулиан, сопровождаемый бесценными нравоучениями доброжелательной старушки, медленно двинулся вглубь. В ладони он крепко сжимал шелковую ленту книжной закладки.
Центр помещения занимал алтарь, за которым стоял стареющий священник лет пятидесяти. Темные волосы с заметной сединой, голубые глаза, окладистая борода, расшитое золотыми нитями широкое одеяние.
– Отец Иоанн, – сыпались сзади непрерывные комментарии бабули.
Он венчал пару красивых молодых людей в окружении нарядных и веселых гостей. Джулиан уделил чудо-целителю более пристальное внимание, но ничего необычного не заметил. Когда же он попытался по дуге обойти праздничную процессию, все его существо словно обожгло изнутри, а тело резко повело в сторону.
"Книга у него! Он держал ее в руках!"
– Внучек! – тревожно пискнула бабулька и вцепилась в Винтера, надеясь поддержать, но на самом деле лишь быстрее увлекая вниз и без того нетвердо державшегося на ногах мужчину. Вдвоем они полетели на мозаичный пол, с грохотом уронив подвернувшуюся под Джулианову спину подставку для свеч.
Удар был несильный, но тело отозвалось чудовищной болью, и сознание Черного колдуна на какое-то время затуманилось. Он не видел и не понимал, как его бабулька очень шустро отскочила от него, во весь голос призывая святого Иоанна в очередной раз совершить чудо; как собралась толпа из служащих и приходящих, и даже свадебная процессия метнулась туда, где поинтереснее. А пришел он в себя только когда над ним склонился отец Иоанн с какой-то чашей и под кудахчущее бормотание бабули с клюшкой: "…плохо ему еще при входе было, отче, я видала! Ему бы водицы святой! Болеет, видать, тяжело…" влил содержимое в Джулиана. От неожиданности тот глотнул. К боли от удара добавилась новая, внутренняя боль. Вместо воды по жилам разлился огонь, нет, кислота, которая разъедала клетки и ткани и парализовывала все органы чувств. И когда Джулиану показалось, что она проела его до самой кожи, он закричал и потерял сознание.
* * *
– Боже, что с ним? – отец Иоанн поднял красивое широкое лицо к говорливой бабуле. – Он не говорил вам, что у него за болезнь?
– Нет у него никакой болезни, – вдруг раздался уверенный голос, и сквозь толпу с трудом протиснулась Мария Павловна. Она наклонилась к Винтеру и осторожно отодвинула руку священника с чашей, чтобы на колдуна не попало ни капли. – Здесь просто душно. Ваня, это мой внук. Приехал меня забрать. Займи людей делом, я сама с ним разберусь.
– Мария Павловна, я вас и не заметил, – удивился отец Иоанн. – Вы ведь специально ко мне приходили?
– Ничего, Вань, до другого раза подождет. Уведи людей.
Все потихонечку стали расходиться, подгоняемые спокойными, но строгими речами божьего служителя, нет-нет да и оглядываясь на несостоявшуюся жертву. Отец Иоанн замешкался рядом со старушкой.
– Мария Павловна, как же вы его домой поведете? Я попросил вызвать вам такси, а до входа его донести могу только я. Сегодня в церкви никого. Подождете, пока я не закончу свадебный обряд?
– Не беспокойся. Там при входе еще один архаровец стоит, из окошка видно. Друг детства. Он и дотащит.
С "архаровцем" вышла неприятная ситуация. Едва Мария Павловна начала вводить его в курс происходящего, как тут же почувствовала острие кинжала, упирающегося ей в бок.
– Что ты сделала с колдуном? – зло спросил Морис.
– Я?! – возмутилась такому обращению старушка. – Подобрала у алтаря, до бессознательного состояния нализавшегося святой воды!
– Что он там, жениться собрался?
– Да нет, помирать!