– Мы наедине. Говори, – Квентин таинственностью момента не впечатлился, прошел в глубь комнаты, остановился напротив парня. Под прямым холодным взглядом стальных глаз Ландышев почувствовал себя неуютно.
– Это результаты обследования, которое сделал вчера твой врач, – Вадим взял с подоконника тонкую папку и протянул Квентину. – Ты не мог бы посмотреть сейчас? Для меня это важно.
– Поверь, сейчас там нет ничего действительно значимого, – сказал Паулус, но папку взял. – Здесь всего лишь общее заключение касательно состояния организма. Александру нужно хотя бы в течение недели наблюдать за тем, как развиваются клетки в твоих тканях, чтобы понять причину мутации. Образец раствора, который был в пуле, я ему дал для сравнения. Ему нужно провести два анализа, и только тогда мы сможем сказать тебе, возможно ли сделать антидот. Это с медицинской точки зрения. А с магической… Тебе лучше держаться рядом со мной или с Джулианом. Твои припадки будут реже, так как организм будет реагировать на присутствие нашей магии. Он привык, что она его лечит, и будет чувствовать себя спокойнее. Но это проблематично. Я работаю, а Джулиан целый день бегает по своим делам. Поэтому все, что я могу предложить на данный момент, это передать тебе свою целебную силу авансом. Она сократит риск потери сознания, но не исключит его. В обед можешь подойти с этим к Джулиану, если он будет в обществе, а вечером я снова тебя подлечу.
– Это уже достаточно много. Спасибо, Квентин.
"Странный парень. Благодарит за зло, которое я же ему и причинил", – про себя усмехнулся Квентин.
Приблизившись к двойнику, колдун положил тонкие руки на его больное плечо. Белый свет теплой невесомой волной коснулся и исчез в нем. Вадим почувствовал, что ему стало легче.
"Я похож на наркомана", – подумал он.
Потом Квентин, как ни в чем не бывало, занялся дежурной варкой кофе; Вадим рискнул навязаться к нему в помощники, и они сами не заметили, как разговорились. Удивительно, как эти два молчаливых, замкнутых в себе человека так легко находили общий язык друг с другом. Вадим еще никогда и ни с кем не чувствовал себя так непринужденно, как с этим страшным человеком, а Квентин и подумать не мог, что когда-то ему будет интересно чье-то общество, помимо общества его учителя и друга.
Они уже успели закончить завтрак, когда в кабинете нарисовались Валя, Джулиан и Морис.
– Вы нас не дождались? – улыбнулся Винтер обоим блондинам, направляясь к подоконнику и прихватывая по дороге чашку с кофе: Вадик с Квентином разлили на всех.
– Нет. Свой кофе мы выпили, зато вам остались бутерброды и печенье, – откликнулся Паулус. – У нас есть полчаса на обмен любезностями. Потом я должен идти.
– Квентин, вчера я оставила у тебя на столе отчет по прошедшему дню, – заговорила Валька, плюхаясь на диван. Мелькнули длинные ноги из-под короткого подола джинсовой юбки. – Ты читал?
– Читал. Ничего стоящего, – Квентин откровенно, но безэмоционально проследил за ногами, подумав про себя: "Опять для Джулиана старается!" Впрочем, взгляд цели достиг только наполовину: Валька заметила, смутилась, но ноги нарочно вытянула еще дальше. – Для начала спишу это на "первый блин комом". Старайся лучше.
– Что значит "первый блин комом"?! – возмутилась Можаева. – Я тебе что, каждый день должна по шпиону вылавливать?! Договаривались на одного!
– Ты и для поимки одного пока не годишься.
– Не нравится – могу самоустраниться!
– Желательно с помощью яда.
– Будешь язвить – в следующий раз получишь комикс вместо отчета!
– Ты пленки с камер просматривала?
– Когда?! Я пока туда-сюда послонялась, пока всех обошла, предупредила, что я с ними дружу, – день и прошел.
– А ночью что делала?
– Спала!
– С кем?
Последний вопрос Квентин задал нарочно, не из любопытства, а с целью позлить девушку, и когда взбешенная Можаева схватила со стола первую попавшуюся книжку, только молниеносная реакция успевшего перехватить ее руку Мориса спасла неугомонного Паулуса от удара. Книжка перекочевала к Вормсу, Валя снова села на диван, демонстративно отвернувшись к двери.
– Квентин, не перегибай палку, – с улыбкой в голосе вступился за девушку Джулиан. – Не думал же ты, в самом деле, что она за полдня отыщет шпиона, которого ты сам не можешь обнаружить больше месяца.
– Ты ее хвалил.
– Я и сейчас ее не порицаю.
– Да он садист! – огрызнулась Валя. – Ему доставляет удовольствие надо мной издеваться! Перегнешь палку – никакие разбитые окошки меня здесь не удержат!