– И что ты теперь будешь делать? Магию нужно возвращать. Графская добровольно книгу не отдаст, припугнуть нам ее нечем, торговаться тоже не на что. Остается мой шпион. Хочешь – не хочешь, а тебе придется подключиться к его поискам. Найдем этого Дениса, пообещаем выпустить его из общества живым и здоровым – и он передаст нам книгу на добровольных началах, – говорил Квентин.
– Или кое-кто может пригласить Катю на ужин и ускорить процесс передачи книги в приватной обстановке, – с нажимом произнес бывший Великий колдун.
– Мы это уже обсуждали. Если хочешь – "клей" ее сам. И не забудь о том, что книгу нужно спрятать. Самперкот в обществе, и мы фактически принесли ее к нему в руки. Если он завладеет ей, то вполне может что-нибудь сделать с твоей магией.
– Преврати ее в какое-нибудь украшение. Она всегда будет при мне.
– А если вдруг она понадобится тебе в твоей истинной форме, а меня рядом не будет?
– Где бы ты ни был, телепатия останется при тебе. Придешь.
Квентин скептически фыркнул.
– Беспечно, Джулиан.
– Уж не беспечнее, чем хранить ее на полке в натуральную величину. Да еще в "Паранормальное-нормально"!
Тут колдуны резко оборвали разговор и уставились друг на друга, как будто обоим в голову пришла одна и та же мысль. Квентин озвучил ее первым:
– Завтра отвези книгу ко мне на квартиру. Я дам ключи.
Молодые люди, наконец, закрыли за собой дверь и, включив свет, направились к своим излюбленным местам: Квентин – к креслу, Джулиан – к подоконнику. Потянувшись, Морис сел на диване.
– Выспался? – мимоходом бросил ему Паулус.
– Да. Тебя долго не было. Что у вас случилось? – спросил Вормс.
– Все. Джулиан нашел последнюю книгу, и она забрала его магию. Если потомки Самперкота – Катя и некий, никому не известный Денис – не отдадут ее ему добровольно, то нашему Великому колдуну до скончания веков не видать ни своего величия, ни графского. А я нашел своего шпиона. Даже двух. Это сам Самперкот, потерявший материальную форму, но не колдовскую силу, и его потомок, брат Кати – Денис Графский. В моем обществе он зарегистрирован под чужим именем. Сегодня – завтра я пробью его по полицейской базе и буду знать, как он выглядит. Тогда у тебя появится работа – выследить и доставить живым.
Джулиан ожидал насмешек в свой адрес по поводу утери магии и инстинктивно приготовился огрызаться. Квентин ожидал уточняющих вопросов и машинально перебирал в памяти, что еще может сказать стрелку. Но, когда с течением времени не последовало ни того, ни другого, оба с удивлением воззрились на разбойника. Морис молчал, задумавшись. Приняв к сведению скудную информацию Паулуса, он вдруг понял, что знает, как выглядит Денис Графский. На девяносто процентов уверен, что знает. И, если повезет, еще до наступления утра ему будет, чем порадовать начальника, и утереть нос строптивому Винтеру.
Очнувшись от своих мыслей, Морис вернул холодный взгляд стальным глазам Квентина и произнес:
– Я тебя понял. Это все?
– Да. Что в обществе? – Квентин принялся изучать бумаги, появившиеся за день на его столе.
– Александр Рыбников закончил исследование Вадима. Вот его отчет, он просил передать лично в руки.
Морис поднялся и протянул Паулусу тонкую черную папку с бумагами.
– Как не вовремя, – бывший юрист взял отчет.
– Квентин, а дай мне посмотреть, – заинтересованный Винтер протянул руку. – Пока ты будешь искать портрет Графского, я почитаю.
– Забирай, – Квентин передал папку. – Встретишь что-то интересное – скажи.
– Больше новостей нет. Я пойду, – сказал Морис. – Чуть позже к тебе заглянет Можаева со своими байками.
Паулус досадливо опустил уголки губ, но ничего не ответил. Вормс ушел. Джулиан сразу же спрыгнул с подоконника и переместился на краешек квентиновского стола.
– Квентин, он что-то темнит, – сверкнули волшебные глаза. – Смотри, какой неразговорчивый! Мне не огрызается, перед тобой подвигами не хвалится, не "сдает" никого… Мне это не нравится.
– Может, опять Венкот с Афореем что-то натворили?
– Проверь бумаги своего общества, может, половина здания уже продана за кокаин, – фыркнул Джулиан.
– Уверен, Венкоту и тут таблеток хватает, – Квентин откинулся в кресле и внимательно посмотрел на своего учителя и друга. – Джулиан, ты хорошо себя чувствуешь?
– Почему ты спрашиваешь? – Винтер искренне удивился вопросу. – Со мной что-то не так?