Да уж, есть свои прелести в жизни Богов. Разве мог немолодой уже, и почти нищий пенсионер когда-либо мечтать о том, чтобы добиться любви самой прекрасной Богини? Пусть, возможно, даже, и не совсем искренней, а больше из политических соображений. Но сути дела это ведь не меняло. И плотское удовольствие в постели от этого тоже никак не уменьшалось. А уж Иштар была настоящей мастерицей этого дела… Это она ему уже доказала. Муратов ухмыльнулся. Как же хорошо, что в среде шумерских Богов ничуть не осуждались добрачные связи между женихом и невестой.
Но тут резкий звук вывел его из состояния блаженной неги, оставленной чарующим видением Иштар. Алгар открыл глаза. Это был сигнал божественной связи. «Блин… Кого ещё тут чёрт принёс? Ни минуты покоя», — с раздражением подумал Муратов, торопливо поворачивая золотой браслет на своём запястье.
— Ну, наконец-то, вы расстались, голубки, — раздался грубый низкий голос, — Я уж думал, что никогда не дождусь пока твоя птичка упорхнёт и оставит нас наедине, чтобы спокойно поговорить.
Алгар обернулся. С «божественным телефоном» он тут уже давно освоился. Это было даже круче любого айфона! Что-то отдалённо похожее на голограмму, но только гораздо реалистичнее. В уже ставшим для него привычном дымном облачке посередине зала сперва возникло неясное голографическое изображение могучего аннунака с резкими чертами лица и с большой чёрной бородой, заплетённой золотистыми нитями в тонкие косички. В следующий миг изображение стало чётким и устойчивым, как в телевизоре, а затем и вовсе сменилось визуальной иллюзией полного физического присутствия. Как будто тот, кто звонил, сам стоял рядом во плоти, хоть рукой потрогай. Алгар моментально узнал звонившего и был немало удивлён. Во, как! Неожиданно. Ну и ну… Это становилось уже интересным…
— Есть очень важный разговор, — без всяких предисловий заявил его визави, — Но только для нас двоих. Без свидетелей….
Глава 4
Несколько мгновений, Муратов пристально всматривался в мерцающее перед ним голографическое изображение. Аннунак напротив него выглядел словно живой. Ну, до чего же реалистична эта божественная видео связь! Поначалу его это изумляло. Первое время, Игорь Николаевич, иногда порывался даже дотрагиваться до своих собеседников, чтобы проверить, что это на самом деле не они сами, а лишь их изображение, как в телевизоре. Но всегда сдерживался, чтобы себя не выдать. Ведь для Алгара всё это было в порядке вещей с детства. Потом уже привык и освоился.
Он не планировал этого разговора. Во всяком случае, прямо сейчас. И этот вызов по божественной связи застал его несколько врасплох. Потребовалось время, чтобы собраться с мыслями. Хорошо ещё, что и его визави тоже не спешил начинать разговор. Они сосредоточенно разглядывали друг друга сквозь завесу магической связи. Словно пытались проникнуть в мысли друг друга.
— Рад тебя приветствовать кузен, — сказал, наконец, принц Алгар, как можно любезнее, — О чём ты хотел переговорить со мной? Мы ведь расстались совсем недавно… И не очень хорошо.
— Это так. Но на Экуре было неудобно говорить на такие темы, — поморщился его собеседник, — Слишком много докучливых ушей. Сейчас же мы можем всё обсудить без посторонних, один на один. И решить возникшие между нами… как бы так сказать -противоречия.
— А разве между нами есть противоречия, Мардук? — деланно удивился Алгар.
— Брось кузен. Ты прекрасно понимаешь о чём я.
— Догадываюсь. Но жду пояснений. Мне показалось, ты готов оспорить решение самого Ану?
— Не совсем так… — заметно помрачнел Мардук, — Просто наш Дед уже очень давно не был на Земле, он не совсем в курсе всех наших дел, да никогда особо и не интересовался ими. Прямо ума не приложу, как же это тебе удалось уговорить старика оказать тебе такую милость… Ну, ладно… разговор не об этом. При всем уважении к Ану и его мнению, нам и самим предстоит многое здесь для себя определить. И если мы сами тут придём к согласию, то и Дед, я уверен — возражать не станет. Понимаешь, кузен?
— Пока не совсем, — честно признался Игорь Николаевич, — Куда ты клонишь?
— Что же — изволь. Перейду к существу дела, — согласился Мардук, — Мне жаль, что наше общение на Экуре вышло таким…э-э-з… резким. Я приношу тебе свои извинения, если был с тобой не любезен или излишне не сдержан. Мне искренне жаль. Это всё моя горячность. Ты же знаешь мой характер… Но, ведь и повод, согласись — был. Не кажется ли тебе, дорогой кузен, что сразу три Великих Правителя Шумера одновременно — это явный перебор?