Все эти мысли быстро пронеслись в голове Муратова, пока он всматривался в огромные и бездонные глаза своего «ручного» демона. Такая искренняя преданность трогала.
— Поверь, я ценю твою заботу, — примирительно сказал он вслух, не желая обижать недоверием своего «стража», — Я пока ничего страшного не почувствовал. Но, если тебя что-то беспокоит — ступай вперёд и всё проверь.
— Можете не сомневаться, мой господин, я так и сделаю. Вы ещё увидите, как верно я вам служу.
— Я и не сомневаюсь. Ладно-ладно, ступай и действуй.
Езил тотчас же исчез, а Алгар, немного помедлив, переместился вслед за ним на другой уровень своего зиккурата. Здесь располагался Зал Совета. Его Совета… Блин, к этому нужно ещё привыкать. А вообще, очень удобно быть Богом — не нужны ни лестницы, ни коридоры. Это всё строили для простых смертных. А ты — раз! И уже на месте…. Он остановился перед массивными двустворчатыми дверями Большого Зала и трижды громко хлопнул в ладоши. Тотчас же перед ним появился аннунак во всём воинском снаряжении — дежурный офицер его охраны.
— Всё ли тут в порядке? — властно спросил его принц.
— Да, мой господин. Никаких происшествий. Всё готово к началу Совета.
— Хорошо. Все ли члены моего Совета прибыли в храм?
— Все, мой господин, — слегка поклонился офицер, — Они дожидаются на нижнем ярусе. Прикажите позвать?
— Зови. Мы начинаем Совет.
Офицер распахнул перед ним двери и Алгар прямо с порога быстро провёл рукой с магическим фамильным перстнем вдоль украшенных барельефами и завешанных дорогими тканями стен Зала. И тотчас же по всему его периметру появились резные позолоченные кресла с мягкими бархатными сиденьями. А в центре, на небольшом возвышении из трёх ступеней, символизировавших его новый Ранг Крови, равный «тридцати», возник золотой трон. Муратов слегка улыбнулся уголками губ. Ну, надо же — ему теперь положен золотой трон! Это вам даже не золотой унитаз на личной яхте. Трон — это гораздо круче! Золотой унитаз — это только лишь понты, символ богатства и неуместной роскоши, а золотой трон — это символ власти! Неплохо для вчерашнего пенсионера… Ещё одно движение божественной руки и светильники прибавили яркости, щедро освещая Зал Совета, обрамлённый высокими мраморными колоннами. Где-то наверху зазвучали невидимые фанфары, возвещающие о появлении правителя и начале собрания.
Муратов уже собирался переступить порог своего Зала Совет, когда вдруг прямо перед ним неожиданно снова материализовался Езил. Его маленькая подвижная мордочка, да и весь его встревоженный вид выражали крайнюю степень беспокойства. Ловко увернувшись от дежурного офицера, попытавшегося его отогнать, он бесцеремонно вцепился своей необычайно сильной хваткой в рукав просторных льняных одеяний принца и остановил его буквально в полушаге от порога.
— Езил! — удивился Алгар, оборачиваясь на демона, — Ты это чего?
— Не заходите туда сейчас, дингир! — быстро проговорил тот с каким-то отчаянием в голосе, — Это опасно…
Глава 5
— Стойте, дингир! — снова предостерегающе крикнул Езил.
— Да, что такое⁈ Почему? — удивился Алгар, невольно делая шаг назад, — Объясни толком, что происходит?
Но не успел демон ответить, как тут же одна из громадных мраморных колонн, обрамлявших вход в Зал Совета с ужасающим грохотом рухнула на пол и раскололась на несколько частей. Всё здание Храма буквально содрогнулось от такого удара, словно от взрыва, а во все стороны разлетелась туча мусора, пыли и мелких обломков. К счастью, ни один из осколков рухнувшей колонны не задел Алгара. Всё произошло в считанные секунды.
В первое мгновение поражённый Муратов замер на месте, с изумлением разглядывая обломки многотонной конструкции, валявшихся прямо перед ним. Ещё один шаг и… Спасибо Езилу. Игоря Николаевича аж передёрнуло, когда он представил себе, что было бы тогда.
Блин! Не спасла бы никакая «бессмертность». И, если бы сейчас вся эта многотонная масса камня рухнула бы прямо на голову Алгару и разнесла бы её на кусочки, то временный Править Шумера умер бы на месте, как самый обычный лулу. Даже уникальная таблица Смерти МЕ, дававшая своему обладателю способность воскрешать мёртвых, могла действовать только на не сильно повреждённое тело и лишь в том случае, если смерть наступила совсем недавно. В иных случаях бессильна была даже она. Увы… но полностью победить смерть не дано было даже Богам.