— Макс, — пробормотала она извиняющимся и нарочито ласковым голосом, — я думала, мы договорились вести себя, как друзья…
— Насколько я помню, именно ты была против такого договора.
Чтобы взять себе тайм-аут и призвать на помощь остатки дипломатичности, Наташа принялась намазывать на гренку сырный соус. Потом протянула этот бутерброд Максиму.
— Это тебе, — улыбнулась она с трудом от волнения. Он сильнее, чем привык быть с ней. Вот так, одним взглядом, он может сломать ее, но почему-то не делает этого. Наташа держала протянутую ему гренку и видела, как дрожат собственные пальцы.
— Спасибо, — благосклонно принял он подношение и, откусив, прикрыл глаза от удовольствия.
Чтобы не заставлять ее мучится дальше, выдумывая отговорки, просто поднял свой бокал:
— Давай выпьем за тебя! За девушку, которая удивляет меня до сих пор, начиная с того, что прекрасно готовит, и заканчивая тем, что стойко говорит мне «нет» уже не в первый раз.
Хоть Наташа и чувствовала свою вину, но в голосе Максима упреков или обид не слышала. Он улыбался ей — настолько легко, что ямочки на щеках даже не были заметны. Тысячи огоньков — казалось, что тысячи! — отражались в его бокале и в глазах. Наташе хотелось верить, что и она сейчас выглядит в свете свечей так же привлекательно. Сделала глоток вина и ощутила себя невероятно взрослой: романтический ужин вдвоем, точнее, романтический пикник… Мужчина рядом — красивый, мужественный, сексуальный… По его лицу так трудно угадать: то ли он безукоризненно серьезный, то ли неисправимо легкомысленный. Поставили свои бокалы на паркет, за пределы ковра, чтобы не пролить, и снова принялись за рыбку вперемежку с невесомыми разговорами.
Наташе показалось, что ей Максим подливает больше, чем себе. Хотя это вполне объяснимо: пищу она всегда запивает большим количеством жидкости. А когда закончили свою трапезу, Наташа уже чувствовала себя полноценно пьяной. Изо всех сил старалась сосредоточиться, но зрение было таким, словно кружится голова. Очень удачно отнесла все тарелки на кухню: ничего не рассыпала и не уронила.
Потом вернулась к Максиму, закрыв за собой дверь комнаты, и сев на сей раз к нему поближе из-за отсутствия «стола», снова взяла свой бокал. Мужчина обнял ее, и они так и сидели на полу, опершись спинами на диван. Максим только с Наташей понял, как удобно с девушкой-левшой. Вот сейчас, например, их «второстепенные» руки заняты объятиями, а «ведущие» держат бокалы. Точно так же «ведущими» руками можно было бы искусно и ловко ласкать друг друга…
— Я поняла! — воскликнула девушка. — Раз я по трезвому не делаю то, что ты хочешь, так ты решил напоить меня!
— Что ты! Я никогда не соблазняю девушек таким образом! Пьянеешь?
— Да. Я уже не могу остановить свой взгляд на чем-то конкретном.
— Да ну, брось! Мы еще даже бутылку до половины не допили! Да по тебе и не скажешь. Ходишь пока не зигзагами, глаза… — Макс заглянул ей в глаза, — ясные, еще открытые… Может, ты просто боишься быть пьяной?
Да уж! По пьяни она такую ошибку совершила! Хотя потом протрезвела и совершила ее еще раз, и еще… Впервые напилась до такой степени — в день своего шестнадцатилетия. Ее день рождения — это вообще какая-то проклятая дата. День смерти малыша-брата. Ведь поклялась однажды самой себе, что никогда больше не будет отмечать. Зачем же нарушила эту клятву?!..Наутро отвратительно себя чувствовала, но у Сани оказались с собой таблетки «антипохмелина». Саня все предусмотрел. Или спланировал? Сам он не пил, заказывал коктейли только ей…
— Да, очень боюсь, — призналась она. — Я себя плохо контролирую.
Саня в ночном клубе на такое же заявление ответил: «Я буду тебя контролировать»… А Максим — сейчас — сказал:
— Тогда не пей больше.
И от этих слов в Наташе проснулось полнейшее доверие к этому мужчине. Улыбнулась и призналась ему:
— Мне нравится это состояние. Я становлюсь смелее, раскованнее… Нравлюсь себе больше. Я с удовольствием выпью еще, если ты пообещаешь, что не воспользуешься этим…
— Я тебе обещаю! — сказал Макс тихо, но убедительно. И добавил: — Только наверняка, в твоем журнале такой романтический вечер должен заканчиваться соответствующим сексом…
И девушка отвела взгляд.
— Да, ты прав, — призналась она, — но там ТАКОЕ советовали делать! Я на это никогда не решусь! Поэтому я решила сократить программу и все, что должно быть после ванны, просто вычеркнула.
— А еще будет ванна?! — Максим аж открыл рот от удивления. И спохватился: — Слушай, но ведь можно же просто немного отклониться от алгоритма из журнала! А ты совсем отказываешься…