Инна не была бы против такой его особенности, если бы он сам себе готовил. Но для себя он мог приготовить только бутерброд, которым ее потом тоже попрекал. Она была виновата в том, что он ест невкусную и неполезную пищу. Хоть он и говорил «полезную», но в его представлении это могло быть мясо, возможно, даже зажаренное на сковороде. Овощные пюре, которые Инна готовила Глаше на пару´, муж едой не считал и отказывался даже пробовать. А Инна уже приспособилась: немного соли и перца – и детские овощи становились вполне себе ничего. Гомогенизированная консистенция мяса в баночках для Инны стала прекрасным паштетом, который она с удовольствием намазывала на хлеб, чаще всего под неодобрительные взгляды супруга. Пару раз в неделю муж уезжал к своей маме и возвращался с контейнерами еды, которую, как ей кажется, он втайне все-таки грел и ел еще пару дней.
Это был огромный камень преткновения в их отношениях. «Родители мужа возвели в своем доме культ еды, который их и погубил», – не без злорадства подумала Инна. Отца мужа свело в могилу сало, на котором у них в семье было принято все зажаривать. Он умер несколько лет назад от инфаркта. И с тех пор в их семье незримо воцарилась свекровь. Инна ей сочувствовала и понимала, что та осталась одна и, кроме сына и внучки, у нее никого нет, но докучливая забота, граничащая с тиранией, ее утомляла. Она же психолог, как часто напоминал ей муж, нужно относиться терпимее. Но постоянные звонки по 2–3 раза, пока она не возьмет трубку, доведут до бешенства и святого. «Денис трубку не берет. Что с ним? Я волнуюсь». Даже своими сообщениями свекровь нарушала ее границы. Ей стало грустно. Бывают ли хорошие родители, к которым у детей нет претензий? Интересно, чем будет недовольна Глаша, когда вырастет?
Шаверма и кофе на удивление быстро закончились, и она пошла обратно домой, думая о своей пациентке. Интересно, может ли она сейчас спать? И что может значить ее бессонница на символическом уровне? Страх смерти, страх потери контроля, страх встретиться со своим бессознательным?
Амбивалентность – двойственность, или расщепление, чувств к одному и тому же. Выражается в том, что один и тот же объект воспринимается как два разных, а не как сложная структура со своими плюсами и минусами.
Глава 6
Арина
Папа, Кристина и Лев
Арина чуть не ахнула от удивления, когда, выходя из офиса, увидела машину папы. Может, ее не заметят и у нее получится проскочить мимо? Она совершенно не хотела с ним встречаться, к тому же через 30 минут ей нужно быть у психолога. У нее заныло в груди от плохого предчувствия, когда папа с Кристиной выходили из машины. Арина с раздражением, за которым скрывалась зависть, задалась вопросом: как Кристина может так изящно выходить из высокого внедорожника, еще и будучи беременной?
Арина не сводила глаз с жены отца и по совместительству – одной из своих ближайших подруг.
– П-привет! – Арина поперхнулась, будто горло у нее пересохло.
– Милая, давно не виделись! Иди сюда! – пронзительно заголосила Кристина и полезла обниматься.
Хоть объятия и были теплыми и уютными, они все равно вызывали у Арины неприязнь. Она попыталась незаметно, но настойчиво стряхнуть с себя Кристину.
– Что вас привело в нашу скромную обитель в такой час? – на манер дворецкого начала Арина.
– Все в порядке. Правда, милый? – Кристина обратилась к своему мужу, Арининому папе – Дмитрию Борисовичу.
«Вот все у нее милые», – подумала Арина.
– Пап, вы по делу? – сказала она вслух. – Я немного опаздываю. Мне отменять встречу или я пойду?
– Минут пятнадцать у тебя есть? Пойдем кофе попьем, кое-что обсудим… – сказал Дмитрий Борисович.
Первая часть предложения должна была быть вопросом, но прозвучала как утверждение, и Арина поняла, что к психологу сегодня опоздает.
«Ну почему именно сегодня?» – пронеслось у нее в голове.
Дмитрий Борисович энергично поднялся по ступенькам, открыл дверь и пропустил вперед девушек. На вид ему было около сорока, но на самом деле – почти пятьдесят. Арина знала, чего стоит ему эта моложавость – он каждое утро бегал, три раза в неделю ходил в спортзал, не ел мяса и не пил алкоголь. Она в данный момент не была уверена, что готова вести такой образ жизни, чтобы иметь идеальную фигуру. Хотя, если честно, Арине фигура досталась от мамы – она была худощава и могла себе позволить есть ночью мороженое и не посещать спортзал.