***
- Ну и зачем ты выложила видео?
Я едва не подавилась супом, услышав за спиной разъяренный голос Димы. Пожала плечами и продолжила есть. Вдруг отстанет и вернется к своей Люське? И далась мне та курица… почему так обидно?
Мужчина подошел практически вплотную ко мне и внезапно стукнул кулаком по столу, а затем проорал на ухо:
- Я с тобой разговариваю или со стеной?
От неожиданности выронила ложку и тяжело сглотнула. Секунда мне понадобилась, чтобы быстренько взять себя в руки и достойно ответить:
- А ты не ори на меня в моем доме!
Да что он вытворяет! Я на секунду аж забыла, кто я и где. Потому реально ощутила себя виноватой. Мне пришлось подняться из-за стола и встать к нахальному мужику лицом. Ну, вернее, задрать голову вверх, чтобы заглянуть в озлобленные, почему-то, омуты Димы. Подумаешь, видео выложила, что в нем особенного, чтобы злиться до пара из ушей?
- Что хочу, то и выкладываю, ты смотри, раскомандовался тут, - я тыкала указательным пальцем ему в грудь, пытаясь отстоять свое мнение. - Иди вон в сарай, Люська уже заждалась!
Дима вдруг сменил гнев на милость. Ухмыльнулся, в его глазах тут же зажегся неподдельный интерес, хотя, что я такого сказала? Ох, не нравится мне этот дикий блеск…
- К Люське? – он коротко хохотнул, а потом огорошил: - Ревнуешь?
- Что? – я аж подавилась слюной. – К кому, к курице? Ты в своем…
Договорить мне не дали, Дима схватил меня за талию и рывком впечатал в свою каменную грудь, а уже в следующую минуту бесцеремонно прильнул к губам, воспользовавшись моим замешательством.
Вот не хотела я его целовать, правда, уже и сопротивляться собралась, но… против воли сама приподнялась на носочках и обняла мужчину за плечи, приоткрыла губы, позволяя потеряшке взять полный контроль над ситуацией.
Между нами заискрила молния, мы оба не могли насытиться друг другом, словно не целовались лет сто. Как обезумевшие, цеплялись друг за друга, боясь, что это все мираж и он вот-вот растворится.
Дима прижал меня к себе за талию так крепко, что в любой момент могла раствориться в нем. Я нежилась в крепких объятиях и наслаждалась поцелуем, ведь чувствовала, как отчаянно трепетало мое сердце. Оно остро нуждалось в любви и заботе. Нуждалось в том, кто снова подобрал бы к нему ключик и отогрел.
Стон сорвался с моих губ, он и стал рычагом для мужчины. Дима подтолкнул меня ближе к столу и смахнул с него тарелку на пол, а меня усадил сверху. Боже, я была опьянена и не соображала, что творю в эту самую минуту. Мне хотелось, как говорила Людка – откусить кусочек от лакомства по имени Дима, оставить на нем свой след и заявить всем, что он – мой! Безумие, иначе не назвать, но приятное до дрожи по всему телу. Даже пальчики на ногах поджались, настолько умело мужчина манипулировал моим телом. Я горела как свеча, и плевать хотела на все условности.
- Какая же ты невероятная, - бормотал он, целуя мою шею.
Дима постепенно спускался все ниже… я дышала урывками, в душной кухне и так было неуютно, но сейчас показалось, что мы перенеслись в натопленную баню.
- Ой…
Мы резко отлипли друг от друга, я слезла со стола и проморгалась.
Из-за дымки перед глазами не могла четко разглядеть Вовку, зато мигом опомнилась и ужаснулась от того, что едва не совершила самый глупый поступок в своей жизни. Никогда не думала, что скажу это, но…
- Вовка, как же ты вовремя…
- М-да? – усомнился брат. – Я, наверно, позже зайду.
- Нет, подожди! – воскликнула я, а потеряшка в тот же миг произнес совсем другое:
- Отличная идея.
Глава 8
Глава 8
Наконец, дымка рассеялась, я увидела, что щеки брата раскраснелись, он смотрел то на меня, то на своего друга, видимо не знал, как правильно поступить. Зато знала я! Капец, неужели я снова попала в коварные сети? Нет уж, Катя, бери себя в руки, хватит с тебя одного раза.
- Иди, мелкий, а мы… хм… в карты пока поиграем.
- С курицей своей в карты играй, - равнодушно бросила. – Вова, оставайся.
- С курицей, значит? – возмутился Дима. – А может мне с Людой пойти… поиграть?
Фраза не была двусмысленной, он имел в виду именно те самые игры, которые только что произошли с нами. Он что думает, ревностью меня возьмет? Не на ту напал! И прежде, чем огонек ревности разжегся бы внутри, взыскалась с обидой в голосе:
- Да ради Бога, там только и ждут, как бы кого обыграть в дурака.