Когда были построены первые требушеты, они сразу же начали обстреливать городские стены. Постепенно количество этих метательных машин росло, и к исходу четвертых суток по Неаполю отрабатывали уже двадцать восемь требушетов. Между прочим, они метали увесистые камни на дистанцию, недоступную римским баллистам и катапультам, стоявшим на городских стенах. Поэтому ответный артиллерийский обстрел со стороны римлян был неэффективным. Римские метательные машины не добивали до позиций селевкидских требушетов. Мощности им не хватало. Поэтому селевкидские артиллеристы стреляли по городу как в тире. И римляне начали нести потери. После трехдневного обстрела практически все метательные машины римлян были уничтожены. Потери в живой силе у гарнизона Неаполя тоже были ощутимыми.
Кроме того, к артиллерийскому обстрелу присоединились селевкидские арбалетчики и спешенные конные лучники, которые устроили римлянам настоящий террор.
Стрелки, состоявшие на службе в гарнизоне Неаполя, были вооружены дротиками и пращами. И если мы сравним их с арбалетами и мощными луками, имевшимися у завоевателей, то сравнение это будет не в пользу римских стрелков. Хороший пращник мог метнуть свинцовую пулю, похожую на желудь, на дальность в сто пятьдесят метров. Однако даже он не мог попасть в цель на таком расстоянии. Это была уже не прицельная стрельба, а куда-то в сторону противника. На кого бог пошлет! А прицельно стрелять даже самый меткий стрелок, вооруженный пращой, мог лишь на сорок-пятьдесят метров. И дальше пуля из пращи уже летела по непредсказуемой траектории. А вот конные лучники могли уверенно поражать цели из своих композитных луков на дистанции до двухсот метров. Не забывайте, что эти воины попадали на полном скаку в мишень размером с кулак. Арбалетчики Селевкидов, конечно, стреляли похуже. Но тоже могли попасть в человеческую голову со ста метров.
За восемь дней от стрел и арбалетных болтов погибло даже больше римлян, чем от артиллерийского обстрела. За все это время римский двенадцатитысячный гарнизон понес потери в три тысячи триста шесть бойцов убитыми и ранеными, а осаждавшая город армия потеряла всего тридцать шесть стрелков. Причем только тринадцать из них были убиты.
Тут сказалось наличие хороших и крепких доспехов. В то время как римские доспехи защищали очень плохо от попаданий бронебойных стрел и арбалетных болтов.
Доспехи римлян Громова откровенно разочаровали. Ни одной кольчуги у хваленых римских легионеров он так и не увидел. Римские бронзовые шлемы без гребней тоже вызывали улыбку. Из доспехов самым распространенным среди римских солдат были кожаные панцири, называвшиеся лорика линтеа, усиленные редкими бронзовыми пластинами. Хреновенькая защита, если говорить честно. Хотя до этого римляне также встречали в бою не самых бронированных противников. Греки носили похожие панцири, которые, в отличие от римских лорик, назывались тораксами. Но дело ведь не в названии. Тут как ни называй, а крепости доспеху это не прибавит. Различные варвары, с которыми воевали римляне, в массе своей доспехов не имели. Карфагенские наемники тоже крутой броней похвастать не могли. Разве что македонцы. Вот у них в армии были популярны неплохие тяжелые панцири и металлические кирасы. Но македонцев римляне завалили телами. Слишком мало у македонского царя было хорошо экипированных воинов. Вот и выходит, что римлянам, по большому-то счету, матерые доспехи были не нужны в данном временном периоде. До этого враги у них были не самые сильные и хорошо экипированные.
Кстати, до прихода Александра к власти у Селевкидов в армии такие вот кожаные и тканевые панцири тоже были очень популярны. Это сейчас его воины даже и помыслить не могут, чтобы идти в бой без прочной железной кольчуги. К хорошему быстро привыкаешь. Хотя Громов порылся в памяти и вспомнил, что те же кольчуги в римской армии должны появиться еще не скоро. Вот примерно лет через сто некий римский государственный деятель по имени Гай Марий затеет военную реформу. И именно тогда исчезнет деление на гастатов, принципов и триариев в римском легионе. А все легионеры примерят на себя кольчуги с наплечниками, которые назовут лори-ка хамата. Но сейчас время еще не пришло. Правда, многие римские офицеры все же вместо кожаных панцирей носили блестящие кирасы и шлемы греческого образца. Выпендривались мажорики. А у римских кавалеристов встречались панцири, покрытые металлической чешуей, которые назывались лорика серта. Но и все эти внешне красивые доспехи от бронебойных стрел и арбалетных болтов своих владельцев спасали плохо. Кроме того, таких вот блестящих на всю округу кадров селевкидские стрелки старались подстрелить в первую очередь. В итоге убыль среди командного состава в гарнизоне Неаполя была очень значительной. Даже командующий гарнизоном Тит Аппулей Сатурнин был смертельно ранен прилетевшим арбалетным болтом, когда неосторожно высунулся из-за зубца городской стены. Правда, вражеский арбалетчик, который прятался за одним из передвижных щитов-мантелетов, так и не узнал, кого же на самом деле он подстрелил. Для него это был еще один уничтоженный противник.