4. Разговор без Туза
Сложив лист в двое и, аккуратно прогладив согнутый край между пальцами, Аларис глубоко вздохнул. Письмо, которое он подготовил, было для него довольно ценным, ведь оно фактически решало всю его дальнейшую жизнь.
Приподняв руку с письмом и протянув его куда-то вправо, граф без лишних слов приказал служанке взять этот сверток и осторожно его упаковать.
Горничная, только этого и дожидавшаяся, взяла лист и ловко просунула его в конверт, созданный из мягкой гладкой бумаги. Положив это письмо на стол, Кинга схватилась рукой за штамп, стоявший неподалеку, и запечатала содержимое тайного послания.
В это же время в рабочем кабинете Алариса находилась еще одна горничная. Розоволосая эльфийка стояла напротив письменного стола своего господина и с легким волнением наблюдала за тем, как упаковывали письмо. Для нее этот миг был долгожданным, ведь только она в этой ситуации могла решить все насущные проблемы господина.
Как только Кинга закончила, она повернулась лицом к Респин и протянула ей конверт.
Девушка схватилась за письмо с широкой улыбкой на губах. Она выглядела так, будто бы с нетерпением ждала этого момента, и это даже немного настораживало.
Ощутив на себе чей-то взгляд, Респин опустила голову и посмотрела в сторону хмурившегося господина. Аларис молчал, но по его серьезному выражению лица сразу было видно, что он сильно переживал.
— Не беспокойтесь, — с улыбкой произнесла Респин, — я, как ваш посланник, отдам все в нужные руки и обязательно добьюсь справедливости.
Аларис глубоко вздохнул. Для него сейчас от миссии Респин зависело буквально все: звание, уважение, территории, богатства и даже собственная жизнь.
Коротко кивнув, Аларис будто согласился со словами скрытной. Это его действие вызвало еще более радостную улыбку на губах эльфийки. Довольная Респин быстро развернулась и уже было хотела сделать первый шаг прочь, как неожиданно услышала позади себя голос Алариса:
— Только, Респин, не забывай о вежливости.
— Хорошо.
Девушка вновь приподняла ногу для первого шага и вновь услышала голос Алариса:
— И когда будешь просить, не забудь сказать «пожалуйста».
— Обязательно.
Респин уверенно зашагала вперед. Ни Аларис, ни Кинга не видели этого, но на ее губах в тот миг появилась зловещая, даже немного хищная улыбка. Такая, будто бы она что-то затевала, но вот что именно — было не понятно.
Когда дверь с тихим скрипом закрылась, а Аларис наконец-то выдохнул, Кинга спросила:
— Господин, каковы шансы?
Аларис откинулся на спинку кресла. Мысленно он и сам уже несколько раз задавал себе подобный вопрос. Каковы шансы? Что он мог после этого потерять? Способен ли был хоть как-то все сохранить?
— Восточные эльфы не такой воинственный народ, как северные, — заговорил Аларис, устало смотря на потемневший из-за времени суток потолок, — но они чтят монархию больше всего на свете. Императорская семья — это почти что их религия, а мы убили одного из представителей чистой крови.
— Значит, — со вздохом отвечала Кинга, — как обычно, не велики.
Аларис закрыл глаза. В полутьме своего кабинета, освещенного лишь угасающим пламенем камина, он чувствовал себя вполне комфортно. Если бы не вся эта ситуация, если бы не количество наваленной на его плечи работы, он в такой обстановке с удовольствием отдохнул бы возле камина.
— Война уже закончилась, — вслух заговорил Аларис, — а проблемы продолжают меня настегать. Может быть, я проклят?
— Если это минута самобичевания, — равнодушно отвечала Кинга, — тогда советую вам заняться работой. Ее у вас, слава богу, много.
— Почему слава богу? — Аларис открыл глаза и с интересом посмотрел на горничную.
В этот момент Кинга как раз смотрела на его расслабленное лицо, изучала тембр его голоса и пыталась таким образом понять, в каком состоянии находился ее господин. В зависимости от состояния она обычно и принимала решение, как нужно было говорить и что нужно было делать.
— Потому что, — отвечала Кинга, — когда есть работа, это означает, что есть и прибыль. Если есть прибыль…
— Значит, — с улыбкой продолжил Аларис, вспоминая придуманную когда-то им же поговорку, — ты можешь строить свое будущее. Ты права.
Аларис приподнялся и выпрямился. Спинка кресла за его спиной скрипнула, и вслед за этим звуком парень все больше начал прислушиваться к окружающий обстановке. Теперь, помимо самых явных звуков, таких, как голос Кинги, он слышал и ее тихое дыхание, и хруст хвороста в камине, и даже свист холодного ветра за окном.