Впереди показался поворот, ведущий в смежный коридор. Заметив его, Респин поспешила свернуть и пойти по более короткому пути.
Девушка изредка поглядывала в сторону узких вытянутых окон. За ними, на линии горизонта, выложенного из холмов и гор, виднелось заходящее солнце. Небо было окрашено в приятные нежно-розовые оттенки, которые, казалось, можно было увидеть только на востоке.
«Неужели господин действительно прибудет сюда? У него уже есть какой-то план?»
Респин резко остановилась. Ощутив присутствие другого эльфа в этом, казалось бы, опустошенном коридоре, она недоверчиво нахмурилась.
Стоило стуку женских каблуков прекратиться, как где-то вдали, на другом конце коридора появилась посторонняя фигура. Девушка, все это время скрывавшаяся за углом и, как бы ожидавшая приближения определенной личности, вышла вперед, в самый центр длинной ковровой дорожки. Ее руки лежали где-то чуть ниже груди, будучи скрещенными. Глаза изучающе смотрели вдаль.
Встретившись с недоверчивым взглядом Респин, которая, надо сказать, стояла довольно далеко, принцесса Лея Карабия де Дианис задумчиво произнесла:
— Удивительно, что ты заметила меня на таком расстоянии.
Респин молчала. Еще пару секунд она смотрела на выражение лица принцессы и будто пыталась понять, о чем та думала. Распознать истинные намерения этой светской персоны оказалось не сложно.
Лишь на мгновение, но довольно отчетливо, на губах Респин всплыла зловещая улыбка. Она просто не смогла скрыть иронии по отношению ко всей этой ситуации. Очевидность действий любимицы императора была просто потрясающей.
Слегка расслабив лицо, Респин опустила взгляд и ровным шагом продолжила идти вперед. Все то время, пока она шла, Лея наблюдала за ней в оба глаза: оценивала внешние данные, походку, грациозность и, конечно же, решимость.
Как только Респин подошла ближе, как и надлежало по этикету, она присела в реверансе. Нежная доброжелательная улыбка освещала ее губы, горящие от блеска радости глаза казались искренними, хотя обе девушки знали, что все это было лишь фальшью.
— Это не первая наша встреча, — заговорила Лея, гордо прогибаясь в спине и неосознанно приподнимая голову, — но лишь сейчас мы можем нормально представиться друг другу.
— Раниэль Эзельхард, к вашим услугам.
— Раниэль, — недоверчивым тоном позвала Лея, вынуждая эльфийку приподнять взгляд, — что именно ты затеваешь?
Респин инстинктивно сощурилась. Продолжая смотреть прямиком в глаза принцессы, она с легкой улыбкой на губах подумала:
«А сама представляться как-то не спешит».
— Ваше высочество, — Респин приложила руку к груди, выпрямилась и взволнованно пожала плечами, — я не понимаю, о чем идет разговор.
Лея хмурилась. Она четко видела блеск в глазах Респин, который появился сразу, когда речь зашла про ее скрытые мотивы. Даже то, как, казалось бы, искренне говорила Респин сейчас, не могло изменить ощущения того, что все это было лишь ложью.
— О том, что ты помогаешь человеку. — Лея возвысила голос и чуть грубее продолжила: — Не может быть, чтобы гордый эльф из знатного рода был чьим-то слугой, кроме своего императора.
Респин попыталась сдержать смех, так и вырывавшийся из ее груди. Надо сказать, она всегда поражалась самоуверенности императорской семьи. Поражалась верности народа перед лицами тех, кто мог безразмерно тратить деньги из бюджета всей империи, будто бы то были его личные финансы.
— Я скажу одну вещь, — тихо произнесла Респин, вновь опуская взгляд, — которая может задеть ваши чувства, но она и только она является ответом на ваш вопрос. — Девушка намеренно отшагнула в бок и подошла ближе к принцессе. Так, они оказались практически на одной линии и, повернув головы в сторону друг друга, были вынуждены смотреть глаза в глаза. — Мир не вращается возле правящей семьи.
Респин посмотрела вперед и, не дожидаясь ответа, пошла дальше. В то же время пораженная ее словами принцесса осталась на прежнем месте.
Лишь спустя несколько секунд, когда шаги Респин стали звучать все тише, Лея резко развернулась и громко вскрикнула:
— Как ты смеешь!
Респин не отвечала. Зловеще ухмыляясь, она думала только о том, что даже эта принцесса не смогла бы сделать что-то ей после подобных слов, так как у нее не было власти для того, чтобы своими руками покарать властные аристократические дома собственной империи.
Лея и сама понимала, что даже ее ярое желание наказать самонадеянную девчонку было не осуществимо, когда речь шла про влиятельный род. Если она хотела сделать что-то с Респин, ей нужно было как минимум обвинить в чем-то всю ее семью, а у нее не было на руках ни одной карты против Эзельхардов.