— Другого выбора? — переспросил Эдамион. — Хочешь сказать, что у тебя припрятан какой-то туз в рукаве? Какую еще семью из нашей империи привлечешь?
— Из вашей империи — никакую.
Аларис улыбался, в то время как эльф недоверчиво хмурился. Некоторые подозрения начали наваливаться друг на друга, вызывая опасения.
— Что это значит? — строго спросил Эдамион.
— Раз вы хотите войны для своего народа, — также доброжелательно отвечал Аларис, — тогда почему бы не вовлечь в эти разборки другую расу?
— Не смеши. Как будто у тебя есть такая власть.
Аларис улыбнулся. Приподняв правую руку, он демонстративно приложил ее к своей шее и аккуратно подцепил ею тонкую цепочку, скрывавшуюся под его одеждой.
Эдамион внимательно проследил за тем, как Аларис достал из-под своей кофты эту цепочку. На ней, тянувшись к полу, было прикреплено нечто, напоминавшее крупное золотое кольцо. Осознание того, чем бы это могло быть, вызвало волнение.
— Это же… — Эдамион нахмурился, приглядываясь к знакомым письменам, выгравированным на поверхности кольца. — Королевская печать драконов? — От удивления мужчина вскочил на ноги. Взмахнув руками, он практически завопил: — Тебе не могли ее отдать! Ты всего лишь человек, а печать единственная в своем роде!
— Вы настолько плохо знаете королеву Любет? — Аларис спокойно склонил голову влево, будто даже не удивляясь подобной реакции. — Она уверена в том, что ее власть над драконами непоколебима. Дать печать в руки человеку — вполне в ее духе.
Эдамион замолчал. Продолжая на расстоянии рассматривать печать, он думал о многом. Например, о том, что с этой вещицей Аларис мог подписывать указы от лица самой королевы драконов. С другой стороны, он думал о том, что мог бы просто отобрать печать у этого парня. Но в голову отчего-то сразу приходили сцены их недавнего сражения, во время которого Аларис победил. Благодаря этому император понимал, что без боя печать ему бы точно не отдали.
«Если у него была печать с самого начала, — продолжал думать Эдамион, — тогда он мог без сражения на тренировочной площадке заставить меня встретиться с ним, но он все же решил пойти обходным путем. Зачем? Чтобы привлечь мое внимание? Пошатнуть мой авторитет? Или все это было сделано для того, чтобы сейчас я даже не думал отобрать у него печать силой?»
В то же время Аларис, внешне пусть и сохранявший спокойствие, про себя отчаянно размышлял:
«Пусть Любет и отдала мне печать, но в обмен потребовала полного сотрудничества с ее народом в течение десяти лет. Это буквально значит, что я впускаю на свои земли всех драконов, и в течение десяти лет принимаю их у себя так, будто бы они мои дорогие гости. Дорого. Как же дорого мне это обойдется?»
Тем временем Эдамион сжал руки в кулаки. Его чувства были в смятении. С одной стороны, он злился из-за того, что его планы оказались под угрозой, с другой стороны, он переживал из-за того, что драконы могли начать войну против них. Сравнение сражения против людей и против драконов было просто невозможным. Одних хотя бы можно было убить холодным оружием, другие же не умирали даже если самый крепкий клинок пытался их разрубить. Более того, напротив, сам клинок обламывался об их кожу, стоило им столкнуться.
— Так что, — заговорил Аларис, — мы будем доводить это дело до конца?
Эдамион глубоко вздохнул. Выпрямившись и, собравшись с мыслями, он ответил:
— Хорошо, я согласен на честное расследование, однако, если вскроется тот факт, что это ты убил принцессу, тогда ты не станешь вовлекать в это дело драконов.
Аларис недоверчиво сощурился. Серьёзная интонация императора и то, что он говорил, даже настораживали.
— Вы же понимаете, — заговорил граф, — что я могу спокойно отказаться?
— Но ты ведь не хочешь воевать еще несколько лет? — Сощурившись, Эдамион серьезно взглянул в темные глаза парня. — Даже если вмешаются драконы, мы будем продолжать сражаться до последнего против них и против вашей империи людей. Хочешь проверить, сколько из вас поляжет от наших рук?
Аларис хмурился. Его все больше злила эта самоуверенность, но куда важнее сейчас было то, что эльф говорил правду.
«Я только-только вернулся с фронта, — спешно размышлял парень. — Не хотелось бы вновь отправляться туда и рисковать жизнями всех моих подчиненных. В конце концов, я обещал им, что обеспечу их безопасность».
— Договорились.
***
«Этот старый дурак не понимает, что творит! — Лея, быстро уходя прочь по коридору, все никак не могла успокоиться. — Мы уже попались в ловушку этого человечишки! Будет проще просто от него избавиться и начать войну. Если мы этого не сделаем, чую, он успеет провернуть что-то такое, что нас сокрушит».