Все еще сжимая руки в кулаки, шаг за шагом девушка продвигалась вперед. Она даже не знала, куда шла. Просто направлялась как можно дальше от той злополучной комнаты. Плотно сжатые вместе челюсти, серьёзный взгляд, направленный на пол, и сведенные брови явно выдавали ее злость.
«Точно… — неожиданно задумалась Лея, начиная постепенно замедляться. — Я просто убью его. Ведь обвинение все равно не лягут на меня? А какие вообще от этого последствия могут быть? Мы же и так хотим развязать войну. Да, наш имидж в глазах других народов упадет, но мы все равно сможем обосновать это тем, что этот человек убил одну из наших принце…»
Внезапно некто, скрывавший за углом, схватил Лею за руку и потянул на себя. Прежде, чем принцесса успела все осознать, она уже оказалось прижатой спиной к стене.
В то же время Респин, будучи тем самым нападавшим, приложила руку к ее горлу и со зловещей улыбкой спросила:
— О чем это таком ты задумалась?
От удивления Лея даже не сразу начала вырываться. Она просто замерла и уставилась в эти расширенные, будто сумасшедшие глаза странной эльфийки.
Тем временем боль в области горла становилась все сильнее. Одним рывком Лея попыталась оттолкнуть от себя девушку, но та показалась столь тяжелой, что эта попытка оказалась совсем безуспешной. Респин не сдвинулась ни на миллиметр, но вот принцесса начала брыкаться еще сильнее.
«Откуда у нее столько сил?»
— Скажу сразу, — Респин склонилась к женскому уху и зловеще зашептала, — пока ты еще не догадалась начать действовать. Попробуешь тронуть моего господина, и я оторву тебе голову.
Лея дрогнула. Она приоткрыла губы, будто собираясь что-то сказать, но Респин сразу же закрыла ей рот свободной левой рукой.
— Думаешь? Меня в чем-то обвинят? — спрашивала Респин. — Сомневаюсь. Я ведь Эзельхард, ты знаешь? Меня не назовут преступницей, а для господина я просто подготовлю подходящее алиби, и никто не сможет мне ничего сделать.
Лея собралась с силами. Быстро подняв правую ногу, она оттолкнула ею от себя противника и попыталась убежать, но на первом же шаге Респин вцепилась в ее руку когтями и завалила на пол.
Замахнувшись, эльфийка ударила принцессу по лицу так, что та на мгновение потеряла связь с реальностью. Боль от столь непривычного удара показалась адской.
— Ты всего лишь красивая обертка. — Респин, нависая над девушкой, больше даже не улыбалась. Скорее напрямую угрожала. — Внутри тебя нет ничего, кроме жажды власти, поэтому никто и не расстроится, если ты вдруг исчезнешь. Помни это.
10. Пытки от Туза
Подтолкнув дверь, Эйс быстро и довольно осторожно сумела ее открыть. Не останавливаясь, она отступила в сторону на несколько шагов и развернулась полубоком ко входу. Деревянная дверца легонько хлопнула по ее спине, и, остановившись, уже не закрывалась.
Аларис, следовавший позади своей горничной, неспешно проник в комнату. Это место, являвшееся его спальной, поистине считалось королевским. Здесь было настолько просторно, что в одной только комнате можно было организовать и отдельный гостевой зал, и рабочий кабинет, и саму спальню. Собственно, визуально эта комната примерно так и была поделена. Где-то справа находилась широкая двуспальная кровать, в самом центре располагались кресла, чайный столик и диванчики для гостей, а по правую руку можно было увидеть письменный стол и множество шкафов с книгами, правда, сплошь написанных на эльфийском языке.
Осмотревшись, Аларис замер. До его сознания отдаленно начали доходить сдавленные стоны, разносившиеся откуда-то спереди.
Задумчиво сощурившись, граф быстро прошел вперед и, выглянув из-за спинки дивана, стоявшего оборотной стороной ко входу, взглянул на лежавшего на нем мужчину.
Лицо незнакомца выглядело до ужаса испуганным. Казалось, что его расширенные от шока глаза вот-вот должны были выкатиться. При этом его тело было связано веревками, из-за чего он не мог даже пошевелиться.
Единственное, что казалось свободным — это рот. Однако уже только по скривившемуся лицу мужчины можно было сказать, что внутри его рта находилось нечто, из-за чего он просто не мог говорить. Единственное, на что он был способен, это плакать и издавать жалобные стоны. В принципе, это он и делал.
— Ах, — встретившись взглядом с незнакомцем, Аларис широко и как-то радостно улыбнулся, — это вы наш подстрекатель? Приятно познакомиться, меня зовут Аларис де Хилдефонс.
Граф на мгновение замолчал, будто бы собираясь предоставить слово своему собеседнику. Однако при виде его улыбки, Ивар вместо ответа или хотя бы подачи условных знаков, начал брыкаться и стенать так громко, будто бы его резали.