— Хочу добавить, Верховный адмирал, она уехала с принцессой Синди.
— Что?! — теперь уже Уильям подскочил как ужаленный. — Без королевской стражи?!!
— В сопровождении двух гвардейцев.
— Куда они направились? — раздраженно спросил Уильям.
— Охрана доложила, что в дом Палмы Метаксас.
— Хадар! — взревел Уильям.
— Да, Верховный адмирал! — в кабинет влетел его помощник.
— Прикажи немедленно подогнать мой лимизин. И скажи Паа, что для сопровождения мне нужны еще две машины с королевскими гвардейцами.
— Да, Верховный адмирал! — Хадар поспешил выполнить приказ.
— Если Кассандра узнает об этом, мне с ней не расплатиться, — пробормотал Уильям, сверля Джотэма недовольным взглядом. — О чем только Джасинда думала? Зачем ей понадобилось увозить Синди из дворца?
Джотэм, увидев осуждение в глазах друга, вспыхнул как спичка.
— Во-первых, почему это Синди нельзя покидать дворец? А во-вторых, с какой стати Кассандра так пренебрежительна с Джасиндой?
— Джотэм…
— Не надо, Уилл, говорить со мной таким тоном. Кассандра вела себя так, словно подозревает ее в каком-то злом умысле. Словно Джасинда ее враг.
— А ты помнишь, как вел себя с Кассандрой при первой вашей встрече?
— Хочешь сказать, это была ее месть?
— НЕТ! Я имею в виду, что ситуации подобны. Кассандра очень уважает тебя и, разумеется, беспокоится. Она знает, что тебе причинили боль в прошлом, и боится, что это может повториться. Джотэм, мы оба прекрасно знаем, что Кэсси жизнь отдаст ради защиты тех, кого она любит.
— Меня не нужно защищать от Джасинды. Но мне очень важно, чтобы мои друзья приняли ее, признав частью моей жизни.
— Дай ей немного времени, Джотэм. Кассандра не знает Джасинду, как знаем ее мы. И она не знает, с какими трудностями Джасинде пришлось столкнуться в своей жизни. Знаешь, мне неприятно это признавать, но я уже начинаю побаиваться того дня, когда эти две самодостаточные женщины найдут общий язык и подружатся. Понимаешь, о чем я?
Джотэм задумчиво взглянул на друга.
Среди жен советников их Ассамблеи Джасинда всегда выделялась твердостью духа и авторитетностью. Он знал, что ей с Эвадной Тервиллигер, как женам старейших членов Ассамблеи, пришлось взять на себя большую часть обязанностей из того, чем занималась Лата при жизни. Главным образом, организацией в Доме Защиты особенно важных мероприятий.
А что изменилось бы в их Доме, если бы Джасинда обладала всей полнотой власти?
— Они перевернут наш мир, — прошептал Джотэм, широко улыбаясь. — Я с нетерпением жду этого.
— Король Джотэм, — привлек его внимание Деффонд.
— Что там?
— Мне только что сообщили, что мадам Мичелокакис с принцессой Синди покинули дом Метаксасов. Они возвращаются во дворец.
— Хадар! — снова крикнул Уильям.
— Верховный адмирал, ваш лимизин сейчас подъедет.
— Отмени его. Мы с королем Джотэмом встретим возвращающийся лимизин.
— Да, Верховный адмирал.
Глава 21
Идущие по коридорам Дома Знаний Джасинда и Синди беззаботно смеялись.
— О, это было так чудесно, Джасинда. Огромное тебе спасибо! — Синди порывисто обняла свою новую подругу.
— Я всего лишь познакомила тебя со своей сестрой, Синди, — обняв ее в ответ, улыбнулась Джасинда.
— Чей муж просто случайно оказался министром искусства Дома Знаний!
— Предки, бывает, улыбаются нам.
«И сегодня именно такой день», — подумала Джасинда.
Рука об руку они преодолели последний поворот и оказались перед охраняемым входом в Королевское крыло. И тут они увидели спешивших к ним Уильяма и Джотэма с нахмуренными бровями, портившими их красивые лица.
— О! — женщины остановились, а Джасинда, переводя взгляд с Уильяма на Джотэма, пыталась понять, что происходит. — Что-то не так?
— Да, — сказали они вместе.
— Питер? Бретт? — взволнованно спросила Синди, и ее пальцы непроизвольно впились в руку Джасинды.
— Нет! — воскликнул Уильям и в то же мгновение оказался рядом с ней. — Нет, Синди, — заверил он ее, и на этот раз его тон был гораздо мягче. — С ними все в порядке. Мы беспокоились о тебе.
— Обо мне? — она потрясенно уставилась на него. — С какой стати ты обо мне беспокоился? — Уильям был шокирован искренним удивлением, прозвучавшим в ее голосе.
«Она и в правду думает, что за нее никто не переживает?»
Ее следующие слова, к его ужасу, стали подтверждением.
— Обычно вы все молчком расходитесь после первой трапезы. Уходите, живете своей жизнью, а я с вами встречаюсь лишь за ужином.