Лукас смотрел на Куинна.
— Что будем делать?
— Ничего. По крайней мере, не сейчас. Сейчас мы сосредоточимся на поиске предателя.
Обнаружив, что Кассандра одета только в идаи, оставшийся гнев Уильяма трансформировался в желание.
— Этот наряд не подходит для собраний, — он подошел, поцеловал ее голое плечо, его руки погладили ее бока.
— Нет? — Кассандра была более чем готова немного поиграть, если это вытравит ярость из его глаз. — Я подумала, что это произведет впечатление.
— О, так и было бы, поверь мне, — он провел пальцами по набухшим соскам груди под ее идаи, стянув его вниз. — Но мне нравится быть единственным, на кого ты производишь такое впечатление.
— Как и мне.
Положив руку ему за шею, она притянула его голову вниз для глубокого поцелуя. По мере того, как их языки сплетались, его руки скользнули под ее идаи, сжали голую попку и притянули к себе, его желание было очевидно.
— Уильям, — она задыхалась, отодвинувшись от его губ. Обхватив его ногами, Кассандра снова его поцеловала.
Уильям горел, эта страсть воспламеняла его слишком быстро, дыхание участилось, не поддаваясь контролю. Прижав ее к стене, он освободил себя от штанов, сжал ее бедра и толкнулся в нее. Она была такая горячая, влажная, уже сжималась вокруг него, и он хотел большего, он хотел всего.
Оторвав от нее свои губы, он смотрел в ее лицо, оно раскраснелось, губы распухли, дыхание сбилось, но именно ее глаза отправили его через край. Они пылали любовью к нему, полные страсти, желания, любви, начавшие терять фокус.
Оргазм застал их обоих врасплох. Голова Кассандры упала на плечо Уильяма, когда он уперся рукой о стену, чтобы удержать их в вертикальном положении.
Когда они, наконец, снова смогли двигаться, Кассандра смотрела на него, легкий румянец окрасил ее щеки.
— Что? — он должен был знать, что заставило ее покраснеть.
— Мне очень нравится мой новый идаи, — ее румянец стал ярче.
Уильям рассмеялся, богатым, полным веселья смехом, что отогнал последнюю ярость.
— Как и мне.
Глава 15
Кассандра проверила себя еще раз в зеркале. Киа сделала замечательный белый брючный костюм. Кассандра выглядела именно так, как того хотела. Расшитые бисером рукава блузки поверх штанов, что подчеркивали ее бедра и укрывали ее ноги по самые пальчики ног, заключенные в белые ботиночки на невысоком каблуке. Прикрывал все это кардиган без рукавов, длиной до колен. По мере того, как она поворачивалась, бисерная вышивка как будто переливалась и перетекала, как пламя на ветру.
Девушка свободно подняла волосы наверх, обнажая шею, закрепив их соответствующими зажимами, которые предоставила Киа. Это придавало ей мягкий, летящий вид. Довольная, Кассандра пошла в частную гостиную. Ей нужно было связаться с Куинном.
Уильям нашел спальню пустой, после того как принял душ. Он подошел к шкафу, чтобы одеться. Одна из сумок висела пустая — интересно, что Кассандра надела, — для себя он вытащил парадную, а не повседневную форму. Проверив себя в зеркале, он повернулся и вышел, чтобы найти Кассандру.
— Тар, — полковник ответил на звонок в импровизированном кабинете.
— Полковник, это Кассандра. Я хотела сказать спасибо за информацию, которую вы подготовили для меня к собранию.
— Не стоит, мэм.
— Ну, я все равно благодарю тебя и хочу узнать, можешь ли ты заняться кое-чем другим для меня.
Она ждала.
— Что ты хочешь найти?
Адмирал был прав, Куинну нравились такие вещи.
— Битва при Файале.
— О чем именно? — Куинн не мог не заинтересоваться.
— Захваченный корабль мятежников, что с ним случилось? Адмирал говорил, что вы получили их идентификационные коды при захвате. Что еще известно про корабль? Кто отвечал за перевод информации? О чем еще он доложил? И где он сейчас? — Кассандра выпалила все, что ей было нужно.
— Для чего тебе все это знать?
— Это все связанно между собой, я не могу это доказать, но знаю, что это так.
Куинн слышал убежденность в ее голосе и верил ей.
— Я раздобуду все это для тебя.
— Благодарю, полковник.
Отключившись, ее сердце замерло, когда Уильям вошел в комнату в форме, которую она никогда не видела. Ее стальной цвет отражал оттенок серого на висках, углубляя глаза. На его груди было множество медалей, которые он заработал за свою выдающуюся карьеру, — карьеру, которую он поставил под угрозу ради нее.