— Кассандра… — когда он приблизился к ней, она внезапно бросилась в ванную. Подумав, что она закроется от него, он помчался за ней, только чтобы найти ее на коленях, пока ее рвало. Опустившись на колени, Уильям осторожно положил ей руку на спину.
— Кассандра…
— Уходи, — потребовала она слабым голосом.
— Нет, — он встал, чтобы смочить ткань, обернулся и вытер ее бледное вспотевшее лицо. Ему было больно видеть ее такой. — Дыши, Кассандра.
Сконцентрировавшись на дыхании, она попыталась взять свое тело под контроль. В ее желудке ничего не осталось. Закрыв глаза, девушка медленно расслабилась, прислушиваясь к тому, как отреагирует ее желудок. Когда тот остался спокойным, она открыла глаза и начала вставать.
— Полегче, — Уильям приник к ней, придерживая за талию, и помог ей подняться.
— Я в порядке, — она пыталась вырваться с его объятий.
— Я не позволю тебе уйти, Кассандра, — глаза Уильяма встретились с ее глазами. — Никогда.
Закрыв глаза, она вздохнула, не понимая, как сильно ей надо было это услышать.
— Выпей это, — он протянул ей стакан воды.
— Нет.
— Пей, — Уильям поднес стакан к ее губам.
— Перестань, Уильям, — она оттолкнула его руку. — Я не ребенок.
— Нет, но скоро он у нас будет. Тебе нужно попить.
— Это вода вернется назад. Просто дай мне прополоскать рот. Этого пока будет достаточно, — забрав у него стакан, она сделала именно это. Затем слегка дрожащей рукой опустила стакан. Посмотрев в зеркало, Кассандра видела беспокойство в его глазах.
— Я в порядке, — ничего не ответив, он привел ее к кровати. Развязав халат, он сбросил его на пол.
— Ложись.
— Уильям…
— Сделай это, Кассандра, или я сам тебя уложу.
Зная, что он серьезен, и не уверенная, как это воспримет ее желудок, она скользнула в кровать.
Подняв одеяло, как она делала это для Виктории, он наклонился, чтобы поцеловать ее.
— Я люблю тебя, — поднявшись, он направился к гардеробу, чтобы переодеться.
«Она зачала». Эти мысли набатом стучали в его голове. У его спутницы жизни будет ребенок. Сорвав с себя рубашку, Уильям собирался бросить ее, когда увидел ее платье, ее разорванное платье, разорванное Дадрианом. У нее кружилась голова, потому что она зачала. Она не съела свой ужин, потому что не смогла бы его удержать. Она не сказала ему, пока у нее не появились доказательства, а все из-за его прошлого. Закрыв глаза, он сделал глубокий вдох. Натянув пижамные штаны, он направился к ней.
Кассандра наблюдала за Уильямом, пока он пересекал комнату, ее взгляд был обеспокоенным. Она знала, что он любит ее, не сомневалась в этом, но что-то было не так.
Уильям видел ее беспокойство, хотя в комнате было достаточно темно. Скользнув рядом с ней, он оперся на локоть, а другую руку положил ей на живот, туда, где находился его ребенок. Смотря ей в глаза, он нежно поцеловал ее. Обняв его за шею, она прижалась к нему. Скользнув языком между его губ, девушка подразнила его язык, сплетаясь с ним.
Он прервал поцелуй, его глаза горели, дыхание стало прерывистым. Она видела его желание, наблюдая, как он откинулся назад.
— Тебе нужен отдых, — перекатившись на спину, он заключил ее в свои объятия.
— Уильям…
— Спи, Кассандра, тебе нужно поспать.
Вдруг она поняла, что он делает. Это как тогда, когда она пострадала во время взрыва. Он сдерживался, беспокоясь, что навредит ей — ей и их ребенку. Что то, что она вынашивает его ребенка, может навредить ей. Поднявшись, Кассандра оседлала его.
— Ты нужен мне, — спустив бретельки своей ночной рубашки вниз, она позволила ей оголить себя до талии. Затем девушка наклонилась, чтобы поцеловать его, и ее грудь коснулась его обнаженной груди.
Уильям сжал ее руки, намереваясь поднять Кассандру, но ее резкий вдох заставил его замереть. Он посмотрел на свои руки и понял, что сжимал ее синяки. Он сразу же отпустил ее.
— Черт, Кассандра, прости меня, — его голос был полон сожаления.
— Прекрати, — она положила руку ему на грудь и посмотрела в глаза.
— Я причинил тебе боль.
— Нет, Дадриан причинил, и он сделал бы и хуже, если бы тебя там не было, — она наблюдала, как его глаза вспыхнули. — Ты никогда бы не причинил мне боль, не так, — она ласкала его щеку. — Но мне больно, когда ты отстраняешься, потому что боишься, что можешь навредить мне. Ты делал так после взрыва. Ты делаешь так сейчас.