— Я не отпущу тебя!
— Уильям! — вспомнила она. Уильям, как она могла забыть Уильяма?
— Бабушка? — Кассандра повернулась, чтобы увидеть, что их свет уже угасал.
— Ты сделала свой выбор, Кэсси. Мы увидимся снова, — сказала она, прежде чем они все исчезли.
— Кассандра! — повернувшись, она побежала к свету Уильяма.
— Адмирал! — Блайант начал звать на помощь, когда тело Кассандры внезапно выгнулось на кровати, и она начала судорожно дышать. Ее глаза метались в поисках, пока не нашли Уильяма.
— Уильям, — прошептала она, и Блайант прирос на месте.
— Я здесь, Кассандра, — он прикоснулся своим лбом к ее. — Я здесь. Отдыхай, я с тобой.
Когда она уснула, Блайант медленно вернул реаниматор в кабинет. Возвращаясь к пациенту, он понял, что только что стал свидетелем истинной силы любви.
— Адмирал, я бы хотел сейчас обработать рану на ее голове, — Уильям стоял рядом с Кассандрой, держа ее за руку. — Мне нужно обойти вас.
Пока Уильям отстранялся, он отказывался отпустить руку Кассандры, напоминая Блайанту о том, как Кассандра держала руку Тори, пока та болела. При осмотре раны он с облегчением обнаружил, что она только поверхностная и легко заживет.
Отступив, чтобы позволить адмиралу подойти, Блайант расслабил мышцы спины. Прошло много времени, с тех пор как он делал всю работу сам. Он подошел к карте и записал, что произошло, или, по крайней мере, то, что мог объяснить.
— Как ее состояние? — Блайант посмотрел вверх, чтобы обнаружить себя под пристальным вниманием адмирала.
— Ей очень повезло. Рана на голове — это просто порез. Я надеюсь, что у нее не будет даже небольшого сотрясения. Сломанных костей нет, что свидетельствует о том, насколько они крепкие. Шрапнель причинила некоторый ущерб, но не задела важные органы. На ее теле будут некоторое время синяки и ссадины, возможно, также у нее останется несколько маленьких шрамов. Она легко отделалась.
— Повезло? — зацепился адмирал.
— Да, адмирал. Повезло! — Блайант смотрел на него прямо. — Если бы она стояла на прямой линии этого взрыва, нам некого было бы лечить.
Адмирал побледнел и оглянулся на Кассандру.
— Она не испытывает боли?
— Нет. Я ввел ей обезболивающие катеттор, — объяснил Блайант, пока подошел ее проверить. — Это может заставить чувствовать легкость в голове, но не более этого, адмирал, — Блайант подождал, когда их глаза встретились. — С ней все будет хорошо, — Блайант видел вспышку облегчения, прежде чем она пропала. Вытянув одежду из ящика, врач одел Кассандру, обеспечивая ей комфорт, как мог.
— Когда она проснется?
— Этого я не знаю, — Блайант вышел в свой кабинет, дав адмиралу уединение.
— К люку кто-нибудь приближался? — потребовал Лукас у охранников.
— Нет, сэр, никто.
— Ждите здесь, — Лукас сделал глубокий вдох и расслабил лицо в улыбке. Он не хотел пугать Тори. Открыв люк, его глаза немедленно начали ее искать. Найдя девочку в безопасности, он закрыл люк перед тем, как подойти к воспитателю. Он объяснял низким голосом, что произошел несчастный случай и что он здесь, чтобы забрать Викторию.
Мужчина повернулся и обнаружил, что Виктория собрала свои вещи и пошла к люку. Там она остановилась и ждала его.
Она ничего не сказала, когда Лукас открыл люк и вышел перед ней. В коридоре Лукас подхватил ее на руки.
— Идем! — приказал он. С охранником впереди и сзади они направились в последнее место, где кто-то будет искать Викторию, в каюту Лукаса.
Оказавшись внутри, Лукас заблокировал люк и опустил девочку вниз.
— Что-то случилось с тетей Кэсси? — потребовала она. В глазах Лукаса вспыхнуло удивление.
— Виктория…
— Что-то случилось, иначе ты бы не пришел за мной. Иначе она сама бы меня забрала! Скажи мне! — Викторию охватило раздражение.
— Успокойся, детка!
— Я не маленький ребенок!
Лукас прикрыл глаза.
— Я знаю, что это не так. Послушай, там был взрыв, — Лукас посмотрел в глаза Тори. — Кассандра была ранена. Она в медицинском блоке. Она стабильна.
— Где произошел взрыв?
— Тори, это не имеет значения, — Лукас не хотел ей говорить.
— Где?
— В вашей каюте, — Лукас не мог поверить, что рассказывает такое кому-то в девять циклов.
— Так же как и с ядом, — прошептала Тори.
— Что?
— Яд. Он предназначался для тети Кэсси, а не для меня, как и это. Это один и тот же человек, — Лукас был в шоке, он не подумал об этом.