- Ну и как мы их достанем? - озаботился Стас.
- Элементарно, Ватсон! - живо отреагировал я. - Ворвемся туда, всех подряд замочим и заберем записи. Всего-то и делов...
Мой юмор Стасу не понравился: он недовольно нахмурился и закрутил своей квадратной башкой.
- Да придумаем что-нибудь, Стасик, - успокоил я его. - Пока нам достаточно того, что этот товарищ тут наболтал...
Транспортировка Мирюка в импровизированный лагерь, оборудованный в усадьбе Бо, особых хлопот не доставила. Мы вкатили губернаторскому порученцу изрядное количество разбавленной пополам с теплой водой водки и, убедившись, что он мертвецки пьян, вручили мычащее тело Коржику и Саше Шраму с наказом доставить по назначению. Даже если бы их остановил милицейский наряд, никакого криминала, полагаю, в наличии на заднем сиденье "Ниссана" уевшегося в дымину мужика никто бы не углядел - такое бывает сплошь и рядом...
Саша с Коржиком вернулись рано утром и привезли от Бо записку. Развернув сложенный вчетверо листок бумаги, я обнаружил там слово "какого" и вопросительный знак - а между этими знаками помещалось анатомически безукоризненное изображение эрективно напружинившегося фаллоса с непропорционально огромной головкой, выполненное почему-то зеленым маркером. Полюбовавшись на живопись Бо, я накрутил номер боевого брата.
- Это ты? - поинтересовался Бо - сопеть и ждать, когда я представлюсь, он в этот раз не стал.
- А что случилось? - озаботился я. - Ты чего такой разговорчивый?
- Злой, как собака, - пояснил Бо и тут же выдал: - Этот, которого пацаны вчера привезли, он тебе сильно нужен?
- Э-э! Ты там полегче! - всполошился я. - Это основной свидетель он же и... ммм... ну, исполнитель, короче. Ты смотри - ни в коем случае...
- От бляха-муха! - досадливо перебил меня Бо. - Плохо ведет себя, чмо. Хотел удавить его, а то борзой, как танк, - прет, удержу нет! От бляха...
- Ну, воспитывай, - мудро посоветовал я.
- Воспитывай! - проворчал Бо. - Воспитывай... Ты че - решил сюда полгорода перетаскать?
Я успокоил Бо, что пока поступлений не ожидается, но в категорической форме попросил сохранить доставленных в целости и сохранности.
В 9.00 прибыл Стас - вчера он, смущенно отводя глаза, заявил, что должен проведать Милку, - я не нашел причин для возражений и отпустил "родственника". Буднично махнув ему рукой, я поинтересовался:
- К подвигам готов?
Оказалось, что Стас готов ко всему - об этом поведали его счастливо сверкнувшие глаза и растянувшаяся в блаженной улыбке физиономия. Озабоченно крякнув, я отвел взор, окончательно задавил остатки ревности и засел за телефон: надо было работать.
Зама областного прокурора Сухова я знал лично - в свое время он работал под началом моего отца и неоднократно бывал у нас в гостях. Целеустремленный грамотный парнишка сорока - сорока трех лет, волевой, коммуникабельный, витиеват в выражениях, любит запудрить мозги собеседнику и, пожалуй, честолюбив в хорошем смысле этого понятия. В прокурорской братии имел прозвище "Говорун" и, как любой говорун, отличался умом и сообразительностью.
- Это Эммануил, - сообщил я, когда Сухов взял трубку после томительной паузы, выдержанной недовольной секретаршей, никак не желавшей понять, отчего это в столь ранний час какая-то "совершенно секретная особа" (я так представился) желает побеспокоить ее шефа. - Хочу личной встречи. Имею архиинтереснейшие сведения, которые вас ужасно заинтригуют.
На том конце возникла напряженная тишина, которую я истолковал как попытку определиться с моделью поведения, а заодно выяснить мое местонахождение.
- Скажите своей секретарше - пусть не мучает компьютер, посоветовал я Сухову. - Телефон, с которого я звоню, идентификации не подлежит... И вот что еще, Андрей Иванович: не напрягайтесь особо. Вы знаете - я слово держу. Если информация моя вам не занадобится, разойдемся как в море корабли безопасность вашу я гарантирую. Придумывать хитрые фокусы не советую - нашу встречу будет контролировать целый отряд хорошо обученных специалистов. Так что, ежели вдруг вы побеспокоите СОБР или кировскую братву, получится такая мясорубка, что чертям тошно станет. Ну?!
- Откуда у тебя отряд, Эммануил? - скрипуче поинтересовался Сухов.
- Пусть это вас не заботит, Андрей Иванович, - отчеканил я и с нажимом спросил: - Вы мне верите?
- Верю, - тяжело вздохнув, произнес Сухов. - Когда и где?
- Решайте. Я соглашусь с любым вашим вариантом.
- Ну... на природе где-нибудь, - неуверенно пробормотал Сухов и, спохватившись, добавил: - Только чтобы было на виду у людей - в парке, что ли...
- Колеблетесь, - констатировал я. - В таком случае я сам. В парке будет неудобно: я хочу продемонстрировать вам видеоматериалы, а в парках видаки не стоят под каждым кустом. Так что - не взыщите - я через полчасика загляну к вам на работу.
- Ты... ты... ты что, Эммануил!!! - Голос Сухова взлетел на самую верхнюю ноту и сорвался на последнем слоге моего непростого имени. - Совсем?! Да тебя тут весь город ищет...
- Я непохож на себя, - оборвал я Сухова. - А в вашем кабинете меня никто искать не будет... ежели, конечно, вы не расстараетесь. А не расстараетесь вы по той простой причине, что возле вашего дома дежурят мои бойцы. Через каждые пятнадцать минут я должен подавать им условный сигнал - в случае отсутствия оного вашу семью ожидают страшные неприятности. Вы как к семье относитесь, Андрей Иванович?