Звенела посуда, лопались стекла, столики, раздробленные ломами вдребезги, вылетали наружу, выпотрошенные кресла тяжко бухали в осыпавшееся мозаичное панно - ресторан стремительно превращался в руины. Через пять минут после начала деструкции мы разлили бензин, подожгли ресторан и умчались на реквизированном у "быков" Гоги "Шевроле"
- Давай, беги к Гоге, - высаживая коротыша у подъезда Гогиного дома, напутствовал я его. - Вот тебе пиво - тащи. И смотри пока ничего ему не говори - пусть сюрприз будет! Смотри!
- Сюрприз, сюрприз! - радостно пробормотал коротыш, ловко ухватывая ящики с пивом.
Спустя десять минут мы присоединились к дежурившим в пятистах метрах от шестнадцатиэтажки "слухачам". Разговор между Татарином и Гогой был эмоционально насыщенным и предельно враждебным.
- Ты че, паря, совсем навернулся? - очень спокойно спросил Татарин, едва Гога взял трубку.
- Не понял! - взвился Гога. - Ты че хочешь, Татарин?! Че ты хочешь?!
- Да не ори, идиот, - тебя слышно! - медленно проговорил глава вокзальной бригады. - За беспредел ответишь по полной программе, индюк. Ты понял?
- За беспредел?! - Гога нервно взвизгнул на последнем слоге. - Да ты совсем офуел, братуха! Ты че добиваешься своими выкрутасами, а? Ты че тут вытворяешь, а?! Звонки, бля, листовки, магнитофон... да я тебя...
- Не гони понты, Гога, - мрачно посоветовал Татарин. - Ты думаешь, если твои уроды понадевали чулки, то их никто не узнал? Надо было и на тачку натянуть чулок, придурок! А на твоего урода Ухо вообще что-нибудь типа мусорного железного бака - его за версту в толпе видать! Тоже, понимаешь, мало, сам пидор - окружил себя дегенератами пидарского вида! Тьфу!
- А-а-а-а!!! - взбешенно заорал Гога. - Ты ответишь за это, чмо! Я тебя сам оттарабаню перед всем вашим кодланом! "Стрелка"!!! "Стрелка"! Сейчас, немедленно, сию минуту!!!
- Где? - хладнокровно поинтересовался Татарин. - Когда? И с каким расчетом?
- У сталелитейного, бля! Через сорок минут! - хриплым шепотом известил оппонента Гога - голос сорвал. - Весь кодлан бери - мы вас, суки, в клочья рвать будем за ваши выкрутасы!
- Понял! - удовлетворенно констатировал Татарин. - Всем пидарам привет! - И отключился...
Дожидаться, когда Гога закончит обзванивать своих приближенных, объявляя полный сбор, мы не стали. Прямо из машины я вызвонил Сухова и елейным голосом поинтересовался:
- Здоровье как, Андрей Иванович?
- Твоими молитвами, - сухо ответил прокурор. - Чего?
- Есть прекрасный вариантец прослыть беспощадным и везучим истребителем преступного мира, - сладкоречиво пообещал я. - Как вы относитесь к массовым арестам, дорогой вы наш?
- Ты опять за свое! - скорее утвердительно, чем вопросительно воскликнул Сухов. - Бросил бы ты это дело, а, Эммануил?
- Вот щас все брошу и пойду бросать это дело! - язвительно высказался я и с ходу перешел к проблеме: - Через полчаса у сталелитейного комбината будет "стрелка". Нет, скорее "копье" - "стрелкой" обзывать такое грандиозное мероприятие - язык не поворачивается. Минимум - сто "быков", Андрей Иванович! Минимум... Все будут вооружены, и они будут беспощадно истреблять друг друга. Так что подъезжайте с СОБРом, ОМОНом и полком ППС и вяжите - минут через пять после начала. Полагаю, за пять минут они вполне управятся, и вам будет работы вчетверо, а то и впятеро меньше... Ну как?
- Ты не шутишь, Эммануил? - тихо спросил Сухов, кажется, голос у него мгновенно сел до шепота. - Это... это что? Откуда это?
- Вы же сказали: "Попроси их пострелять друг в друга". Я попросил, - скромно сообщил я. - Информация достоверна на две тысячи процентов.
- Если это так, Эммануил... кхм-гхм... - Сухов на пять секунд задумался. - Если это так, тогда... это просто беспрецедентный случай, малыш! Это будет самая крутая операция за всю историю России!
- Это так, так - можете мне верить, - уже сердито заверил я собеседника. - Только вы поторопитесь - надо же всю эту скоропалительную операцию организовать! Просто так, без боя, остатыши расстрелянных бригад вам не сдадутся - это я вам обещаю.
- А вот это уже не твои проблемы, - жестко сказал Сухов, обретая командный голос - шепот куда-то пропал. - Кто и кто?
- Вокзальная и Октябрьская, - сообщил я. - У Гоги - что-то около семидесяти - ну, все там не будут наверняка. У Татарина - около сорока, а вот тут могут прибыть все, им собраться - раз плюнуть.
- Спасибо, Эммануил, - деловым тоном молвил Сухов. - И отстань от меня - я пошел работать!
- Ну что - поедем посмотрим? - предложил я по окончании разговора с прокурором.
- Ну их в зад! - не одобрил мое предложение Стас. - Поедем лучше домой, примем душ и пожрем... Я после таких мясорубок потом спать не могу спокойно...
Ближе к вечеру, когда мы уже вполне насладились лицезрением местного канала телевидения, изнемогающего от внезапно нахлынувшего потока криминальных новостей, и до одури наслушались радиосводок, очень напоминавших фронтовые сообщения Совинформбюро периода 41 - 45-го гг., позвонил из Москвы долгожданный и невесть куда утратившийся Слава Завалеев.
- У меня все пучком, - сообщил он ленивым голосом - признак довольства бывшего кагэбэшника своей работой. - И вагон нащупали, и камеры установили... короче, ужинаем сейчас в привокзальном кабачке, делать нам нечего.
- Приятного аппетита, - пожелал я. - Сами как?
- Билеты на руках - в 22.10 отправляемся. Вагон СВ, между прочим, это тебе не хухры-мухры... В общем, завтра встречайте вечерком - примерно в это же время. Поезд почти сутки идет.
- А что - бригадиры поездов всегда в вагоне СВ путешествуют? удивился я.
- Не знаю, как насчет остальных, но этот пожелал именно СВ, ответил Славик и тут же озаботился: - Как там у вас?
- У нас разгул преступности, - скучным голосом сообщил я. - Бандиты совсем оборзели: представляешь, средь бела дня две группировки в полном вооружении намастырились счеты сводить! Не поделили там чего-то, что ли! Наше телевидение только об этом и трещит - замучились слушать.
- Да ты что! - возмущенно воскликнул Славик. - Во дают! Управы там на них нет... Нет, ты посмотри, а! Стоит мне только уехать, как у вас сразу бардак там! Никуда не годится, ни-ку-да! И много народу поубивали?