— Короче, Профессор! — недовольно оборвал меня Петрович. — Знаем, что ты можешь витиевато изъясняться!
— Мне нужен материал на центральную братву, — выдал я. — На четыре бригады бывшей Центральной группировки. Сферы деятельности, характеристики бригадиров и их приближенных, фотографии… и отношения между бригадами. В первую очередь отношения… Такую объемную аналитическую работу моему маленькому коллективу не потянуть, а вы, я знаю, вполне можете… Эта информация мне потребуется уже послезавтра… ммм… если, конечно, сегодня у нас все получится как задумали. Ну так что?
— Будут тебе материалы, — не задумываясь, ответил Петрович. — В понедельник ты получишь полное досье на центральную братву — все, чем мы располагаем… Если у тебя ко мне больше ничего, можешь отправляться восвояси.
В 19.30 в лесу, на подступах к ФОКУ, сосредоточились три транспортные единицы: Славин микроавтобус со спецаппаратурой, «Ниссан» Саши Шрама и… патрульная машина под управлением верхнеяшкульского участкового Валеры Базырова, прибывшего по распоряжению Бо. Прилагаемый в комплекте к патрульному «уазику» Валера, облаченный в повседневную милицейскую форму, нервничал и тихо скулил по поводу превратностей судьбы.
Еще раз уточнив детали, мы рассредоточились по транспортным единицам: я сел в патрульный «уазик», чтобы поддерживать боевой дух участкового, Стас, Саша Шрам и Коржик разместились в «Ниссане» — и урулили к центральным воротам ФОКа, оставив в лесу Славу Завалеева и Серегу — приглядывать за микроавтобусом со спецаппаратурой и сидеть на шухере — на всякий случай. Случаи могли быть разные, поэтому мы все были вооружены табельным оружием из арсенала Бо, а в багажнике «Ниссана» мирно покоился «ПКМС» с присоединенной коробкой на двести патронов.
«Уазик» и «Ниссан» подкатили к воротам и настойчиво засигналили — я, Стас и Коржик, отягощенные пустыми спортивными сумками великанских габаритов, дружно десантировались и, оживленно галдя, двинулись к двери КПП. Имели место быстро сгущавшиеся сумерки. Расчет наш был построен на том, что дежурившие на КПП менты примут нас за обычных посетителей ФОКа и пропустят на территорию центра, не поинтересовавшись, кто мы такие. Была также слабенькая надежда, что перед патрульным «уазиком» с ментом за рулем будут распахнуты ворота, а когда вслед за ним просочится левый «Ниссан» — там посмотрим, что делать дальше…
— Отчиняй! — зычно гаркнул я командным голосом и забарабанил в дверь КПП.
Зажужжал электромеханический замок — дверь распахнулась. Мы по-хозяйски вошли в тамбур и продефилировали по коридору, приветственно вскинув ладошки вверх, — краем глаза я отметил, что транспортные ворота медленно поехали в сторону. «Так просто!» — мелькнуло в голове. «Ну и система охраны тут у них — хоть взвод диверсантов просочится, никто не спохватится!»
Вторая дверь тамбура не открывалась. Я пару раз безуспешно толкнул ее и почувствовал, как внизу живота нехорошо екнуло.
— Что это у вас с дверью? — начальственным тоном поинтересовался Стас, нагибаясь к полукруглому отверстию в огромной витрине, за которой у пульта с кнопками и лампочками сидели на обшарпанных креслах два молодых сержанта в милицейской форме.
— Предъявите, пожалуйста, удостоверения, — вежливо попросил один из сержантов. — Сегодня по графику ФСБ занимается, так что, если вы не сотрудники ФСБ, — извините.
— С чего ты взял, что мы не сотрудники ФСБ? — нешуточно обиделся Стас, показывая нам с Коржиком один палец, — одного, с которым разговаривает, значит, сам возьмет. Мы с Коржиком незаметно расстегнули «молнии» поясных сумок и повернулись лицом к витрине.
— Я вас раньше среди сотрудников ФСБ не видел, — смущенно пояснил сержант, — вы из РУОПа?
— Подставь-ка ушко, я тебе прошепчу, откуда мы, сынок, — многообещающе промурлыкал Стас, хрустнув за спиной пальцами.
Доверчивый сержант вставил в отверстие в витрине полголовы и повернул ухо к Стасу.
Оппа! — ухватив сержанта под мышки, Стас одним рывком выволок его через отверстие в коридор и легонько забодал сержантову переносицу своим квадратным черепом. В этот момент мы с Коржиком синхронно выдернули из поясных сумок стволы и наставили их на оставшегося за стеклом капэпэшника, который от удивления широко разинул рот и вцепился в подлокотник кресла.
— Жить хочешь, сынок? — вкрадчиво поинтересовался Стас. Сержант, оторопело глядя на стволы, быстро закивал головой.
— Тогда закрой ворота, открой вторую дверь и иди ко мне на грудь, — посоветовал Стас. — В противном случае сделаем из тебя ситечко. Ну!