Теперь, когда объявили и начали индивидуальное состязание, Тимур на какой-то период остался один, без своей любви. Мир вокруг него потерял краски; посерел и потемнел. Оказавшись по другую сторону портала, в неизвестном месте, Тимура не особо тревожило то, где он оказался, больше его волновало когда он отсюда выберется и убедится, что с милым его душе человеком всё хорошо и Алиса цела и невредима.
Находясь в лабиринте и обдумывая возможные вариации исхода состязания, Тимура озарила идея: 'А если организаторы этого состязания столкнут нас лбами? Как же тогда быть? Если они захотят меня, с Алисой, поставить перед выбором: своя жизнь или жизнь любимого человека…
…Лично для меня этот выбор очевиден… я, без сомнения, пожертвую собой, ради неё.'
Задумавшись над этим, парень не заметил, как пришёл к центру лабиринта. Он не искал выход, не пытался куда-то дойти; он просто шёл «куда глаза глядят», размышляя и рассуждая у себя в голове, и пришёл в центральный квадрат. В квадрат этот вели три прохода с одной стороны и три — с противоположной, с других стен на Тимура смотрели лишь жёлто-синие листья кустарника.
Стороны квадратной площадки были где-то пятнадцатиметровой длины, а в центре её располагалось нечто интересное, что привлекло испытуемого к себе. Когда Тимур подошёл ближе, он начал рассматривать это творение чьих-то рук, зачем-то поставленное здесь.
Тимур, напрягшись, вспомнил название фигуры, которая была перед ним. Это была огромная хорда. Скошенная её боковая часть была, наверное, около десяти метров высоты и четыре длины. Соразмерно с её длиной был и неоконченный круг, полный диаметр которого составлял бы, примерно, 25–30 метров. На вершине хорды находилась шестнадцати конечная звезда, нижним своим остриём упирающаяся в стык прямого сегмента и дуги. Цвет всего этого сооружения был тёмно-песочный, без каких-либо вкраплений или переливов. Тимур пригляделся к звезде и различил в середине её надпись коричневыми буквами: «Кто всегда осведомлен о местонахождении своего супруга?»
Сектор Транто́р, планета Минокитус. Западная часть, 191 округ.
Елена.
Оставшись наедине с самой собой, Елена сожалела лишь об отсутствии Дмитрия Сучкова рядом с ней. «Эх, сейчас бы можно было зажечь с ним и доказать, наконец, ему, что я чего-то сто́ю! Показать ему настоящую страсть, настоящий характер. Ну, ничего. Нужно лишь выбраться отсюда и всё будет…» -думала, продвигаясь по своему лабиринту и рассматривая сине-жёлтые листья кустарника Конахина.
Она практически сразу смекнула, что находится в лабиринте и вовсе не паниковала из-за того, что не сможет из него выбраться. Но когда прошло около четырёх часов безрезультатных скитаний, а затем ещё три часа и ещё два, Елена Конахина всё-таки запаниковала и поняла, что если двигаться, не отмечая места, где она поворачивает, то можно ходить по этим коридорам вечно. К этим мыслям её привело увиденное: после очередного тупика, она вернулась к развилке и, думая что поворачивает в коридор, где ещё не бывала, пройдя по нему, вдруг, обнаружила сорванные её рукой сине-жёлтые листья кустарника, лежащие на оранжевой траве.
Девушку несколько повергла в шок догадка о том, что она заблудилась и не знает куда двигаться дальше, но холодный рассудок выудил из сложившейся ситуации решение: она будет обрывать листики и класть их в проходы, в которые идёт, чтобы не повторяться и не ходить по одним и тем же коридорам. Два листка в проход, который не изведан, три — в тупиковый проход.
Спустя ещё шесть часов, когда уже начинало темнеть и Елена начала терять всякую надежду на спасение, внезапно она вышла из коридора на большую площадку, со всех сторон обнесённую, словно забором — кустарником. Со стороны, где она вышла, было ещё три прохода сюда же. Присмотревшись к дальней стене, которая была на отдалении двадцати метров, Лена заметила, что и в ней есть три прохода, только они закрыты кустарником почти до верха своего — осталась лишь небольшая щель между верхним кустарником, — который был некой искусственной аркой, — и самими проёмами.
В центре этой площади, которая была в форме напоминающей крест на карете «скорой помощи», стояла некая конструкция. Конахина двинулась к ней, чтобы её разглядеть и вот что она увидела:
Это была сдвоенная пирамида, одна часть которой была приставлена к другой своим основанием. Стояла она на вершине нижней пирамиды, которая была белого цвета, абсолютно гладкая и, когда Лена решилась к ней прикоснуться, то почувствовала что ещё и холодная, как лёд. Верхняя пирамида была серого цвета, была тоже совершенно гладкая. Высота всей конструкции была, наверное, от девяти до одиннадцати метров — точнее Конахина оценить не могла. Одна пирамида была равнозначна другой. Ширина же её, — в самой широкой части, где соприкасались две пирамиды, — была около шести метров. Вся эта конструкция из непонятного гладкого материала была наклонена в сторону, противоположной той, откуда пришла Лена, на несколько градусов.