Лена обошла вокруг сдвоенной пирамиды, и ещё и ещё раз. Вначале ей казалось что конструкция создана чтобы упасть- таким ненадёжным ей казалось стояние громадины на острой вершине и, конечно, наклон конструкции играл свою роль. Затем она привыкла и, перестав опасаться, ходила вплотную к пирамидам.
Через несколько минут, Елена вновь отошла от конструкции подальше, почти к месту, откуда она пришла и посмотрела на неё в полном объеме, захватив глазами её в масштабе. Только тогда она вновь увидела то, что заметила сразу, но не придала этому особого значения: на вершине пирамиды, которая смотрела в чужое небо, находилась…
…волнообразная штуковина, напоминающая молнию, которая упиралась своим остриём в остриё верхней пирамиды. Она была синего цвета, с красными буквами, написанными кем-то на ней. Лена подошла к пирамиде; вдруг, мысли о её подруге — Легкоступенко внезапно, без её ведома, возникли в её голове; она усилием воли отогнала их и, найдя удобный ракурс, напрягая глаза, прочла: «Что расположено между селом и городом?»
Сектор Транто́р, планета Мино́китус. Южная часть, 219 округ.
Дарья.
Когда прошло пятнадцать часов блужданий по бесконечным прямым и поворотам лабиринта, у Даши Легкоступенко уже не оставалось никаких сил и эмоций. К тому же Светило, слепящее своим жёлтым светом весь этот длинный день, наконец, заходило. Но никакой радости это Дарье не принесло. Наоборот. Сумерки начинали сгущаться довольно быстро и ей стало действительно страшно.
Сама, на чужой планете, да ещё и в бесконечном лабиринте. «Видимо, тут мне суждено сдохнуть, а я даже бухнуть не могу перед смертью» — грустно и невпопад подумала Даша. «Интересно, как там Ленка. Эта-то сучка выберется из лабиринта и пройдёт дальше» — зло и хаотично размышляла о своей подруге непутёвая женщина.
— Ле-е-енка-а-а, — из последних сил, заорала она куда-то в небо. Ответом ей была сначала гробовая тишина, сопровождающая её весь этот нескончаемый день, а затем прозвучал, знакомый уже, леденящий кровь в жилах, вой. Вой этот звучал справа от Дарьи; следом за первым, прозвучал второй вой, слева от неё.
Каким-то внутренним чутьём Дарья поняла, что это пришли те, кто и лишит её жизни в этом чёртовом лабиринте. Она, без оглядки, понеслась куда-то, пробегая перекрёстки и развилки. Ей казалось, что она несётся быстрее ветра, но волкам так не казалось.
И через 11 минут она услышала, настигающий её легкий, без усилий, бег. Через секунду, впереди неё, где-то в 25ти метрах, появился второй волк и она была зажата в клещи. На этом бы и кончилась её история, но тут она заметила краем глаза проём справа от себя и, не раздумывая, нырнула в него.
Это был центр лабиринта. После того, как Дарья вбежала сюда, за ней, в проёме, через который она вошла и ещё в двух проёмах слева и справа, сразу же, беззвучно и практически моментально, выросли кустарники, закрывая, тем самым, эти проёмы. Запечатывая их, не давая пройти кому бы то ни было сюда, в центр, ни отсюда, в первую часть лабиринта. Слышно было как волки рычат от бессильной злобы с той стороны кустарника и было ясно что они не могут найти дорогу к центру лабиринта, к так внезапно улизнувшей от них, жертве.
Дарья села прямо на оранжевую траву и громко зарыдала. Она была на волосок от гибели и, казалось бы, теперь настало время переоценить всё то, что было дорого для неё, найти истинную цель в жизни и приближать её всеми возможными методами.
Часто люди, побывав на грани смерти или в действительно опасных передрягах, думают что начнут новую жизнь; что Господь дал им второй шанс, которым нужно воспользоваться, закинув подальше так называемые «вредные привычки» — зависимости, начать самореализовываться и саморазвиваться.
Одинокие решительно считают, что теперь найдут вторую половину и сделают детей, семейные — думают что перестанут ходить к любовнице или любовнику, в зависимости от того, кто ставит пред собой задачи — мужчина или женщина; алкоголики решают, что навсегда «завяжут», то же думают и наркоманы; игроманы клянутся сами себе больше не ходить в подпольные и другие, казино; злые, угрюмые люди, вдруг понимают, что нужно быть позитивно настроенным и давать миру лишь добро — оно же будет и возвращаться и тому подобное.