Да только всем этим обещаниям и клятвам приходит конец через некоторое время. Человек так устроен: плохое забывается очень быстро (хорошее — ещё быстрее) и через неделю ему уже не видится его неминуемая кончина, которой удалось избежать лишь чудом, — в таком мрачном свете. Уже нет понимания того, что это сам Бог дал второй шанс и нужно начать жить нормальной жизнью. И, постепенно, всё возвращается на круги своя. Пьющие — пьют; семейные — изменяют; одинокие — остаются одиночками и так далее, по списку.
Бывают, в редчайших случаях, и исключения. Это люди железной воли, которые до момента, когда жизнь их подверглась смертельной опасности, просто шли не по тому пути. Разные жизненные обстоятельства всё подталкивали их по кривой, неправильной тропке, всё дальше и дальше заводя в тёмный лес извращённых пониманий реальности. Но тут происходит случай, когда все эти тропки можно разрушить, а лес- сжечь. Такие люди производят переход с расстановкой, обдумывая каждый шаг: с чего начинать жить по-новому, к чему приведёт то или иное событие, действие; кто пострадает а кто выгадает от таких перемен… И, наконец, всё обдумав и взвесив, ломают безоговорочно и навеки шаткую, грязную, но натоптанную тропу, сжигают напалмом гнилой, тёмный, полностью заражённый грибком, лес и начинают строительство новой, неизведанной ещё, в виду её отсутствия, просторной тропы. Выкладывают её брусчаткой, чтобы ни один дождь не превратил её в грязь, о которую можно испачкаться и вновь пойти по наклонной. Тропа эта приводит их, наконец, в отличный, без сухих или гнилых деревьев, хвойный лес. Лес, в котором все их цели обязательно достижимы и все задачи выполнимы. Такие люди обычно доживают до глубокой старости, передавая часть своей мудрости потомкам, предохраняя оных от неправильных шагов, от тлетворных влияний…
Дарья не была исключением из общего правила. И, уж точно, не относилась она к людям, с железной волей. Скорее совсем наоборот. Подняв глаза к небу, она увидела огромную луну жёлтого цвета, овальной формы, дающую достаточно света, чтобы продвигаться дальше. Даша встала на ноги, коря себя за минутную слабость: « Разнылась, как малая, ей-Богу. И не из таких передряг выбиралась. Правда одна я никогда не оставалась, но то такое… ладно, надо дальше идти. Мало ли кто тут ночью ещё придёт: может волки опять а может кто ещё похуже…», — и пошла в противоположную сторону поляны.
Когда Легкоступенко шла по поляне, в форме параллелограмма, постепенно осматривая кустарник, ограждающий её, она обнаружила что проёмов в другие части лабиринта нет. Когда же она отвлеклась от изучения стен, то обнаружила, стоящую в центре поляны, странную штуковину. Штуковина эта напоминала каплю, только была огромного размера и ярко-жёлтого цвета. Полукруг её, в правой от Дарьи, верхней части, переходил в полу-квадрат. Размером она была впечатляющим: высота 15 метров, ширина — в самой широкой точке, — 8 метров. Глубина — где-то три метра. Капля эта смотрелась здесь, на этой поляне, каким-то незваным гостем. Словно какая-то сила несла её в своём огромном кармане, а потом, случайно, уронила здесь.
В «лунном» свете, Дарья сумела прочесть надпись, написанную с задней, если смотреть от места её входа в центр лабиринта, стороны: «У отца Виктора было четыре сына: Александр, Михаил, Дмитрий и… как звали четвёртого?»
Сектор Транто́р, планета Минокитус. Юго-восточная часть, 87 округ.
Надя.
Надежда Никишина обрадовалась больше остальных, когда объявили, что следующее испытание будет индивидуальным. Она меньше всего хотела выяснять с кем-либо отношения и кому-либо что-то доказывать. Случилось так, как случилось и точка. Зачем из этого делать трагедию, рассусоливая, пускать сопли и бесконечно оправдываться. «Кому что-то не нравится — могут идти далеко и надолго. Я такая, какая я есть. Я достаточно натерпелась за всю жизнь, чтобы ещё раз, в угоду кому-то, страдать» — думала Надя, не понимая, что принимая условия её помощников, из предыдущего испытания, она уж е поступает в угоду кому-то, то есть им.
Но нельзя было исключить и приятный бонус от её покровителей: попав, как и все прочие участники в лабиринт и дойдя до первого поворота, Надежда заметила что на оранжевой траве синим цветом нанесена небольшая но чёткая стрелка, указывающая ей направление движения. Понимая, что помогать ей не может никто, кроме её могущественных соглядатаев, Надя полностью доверилась этим стрелкам и, не думая отмечать или запоминать дорогу, бездумно следовала туда, куда указывали ей стрелки.