'Прекратить уповать на начальство, на власть,
Прекратить обжираться гадостью всласть,
Сделав это — каждый может стать Богом
И оправиться каждый, если раньше не мог он.'
После моего недлительного путешествия над поверхностью Земли, в моём сне вдруг стемнело. Не было видно совершенно ничего. Ни звёзд, ни Солнца — была одна лишь пустота. Чернь. Ноль.
Ватная эта чёрная пустота пугала меня. Я пробыл в её объятиях всего несколько секунд, но был испуган сильнее, чем когда-либо в своей жизни. Я попытался бежать, но не мог, попробовал лечь, но ничего не вышло; любые предпринимаемые мной действия не приводили совершенно ни к какому итогу. Чернота начала, как мне показалось, пробираться и ко мне в разум. Мысли мои стали разрозненны и не имели определённой формы и образа. Я не мог конструктивно думать: связывать слова и фразы.
Это состояние всё более и более походило на безумие. Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться. И тут, в пик моего внутреннего напряжения, я услышал чей-то на редкость противный смех. Он всё нарастал и нарастал и уже в полную мощь свою звучал у меня в голове и пытался, как мне казалось, разорвать её на части.
Ещё миг и я бы точно скончался, но вдруг был разбужен теребящим меня за плечо доктором Штрангелем, который, улыбаясь смотрел на меня и говорил: «Пора проснут! Хватит спат! Тимур встават! Нужно встават!»
Видимо, выражение глаз моих испугало его, он умерил свой пыл и спросил: «Всо корошо? Как вы себя чувствоват? Боль нет? Вы восстановлен полност!» В это мгновение я вспомнил как закончился мой вчерашний день, вспомнил жгучую боль в ноге и во всём теле, вспомнил чувство жажды и гнетущее ощущение голода и понял что этого всего сейчас не чувствую. Что мне хорошо и легко и не хватает лишь одного человека: Алисы.
Дневник подопытной №63479110 Алисы Ковальчук.
Я места себе не находила, пока парень, который приносил ужин не сказал мне, подмигнув: «Жив!». После этого я дала волю своей усталости контролировать моё тело. Я съела ужин и улеглась на койку.
Как он вернулся, где был: тоже в лабиринте или ему выпало что-то более сложное и именно это его так задержало? Быть может ранен? Все эти вопросы задать было некому, кроме себя самой.
С нами продолжают обращаться как с какими-то заключёнными и никто не разговаривает с кем-либо из нас и не отвечает на наши вопросы, кроме украдкой — обслуживающего персонала. Пожалуй, если бы не разносчик еды, я бы не смогла спать всю ночь, из-за переживаний о судьбе Тимура. Наверное, он сжалился надо мной из-за моего плачевного состояния, которое скрывать было невмоготу и сказал что Тимур жив. И через несколько минут после этой доброй вести я уснула крепким сном, без сновидений.
Утром же, когда его привезли на каталке, счастью моему не было предела. Когда он открыл глаза, первым делом он посмотрел на меня и, убедившись что со мной всё хорошо, закрыл их. Немец — доктор, сопровождающий члена нашей команды что-то сказав ему, покинул палату. Ещё некоторое время полежав, Тимур встал, потом долго рассматривал свою ногу, с задней стороны, ниже колена (видимо, что-то, всё-таки, произошло с ним), затем он долго и выразительно смотрел мне в глаза, потом взял свою тетрадь-дневник и начал писать.
Сегодня нас ждёт очередное испытание и я уже привыкаю к этому графику. Не знаю, как остальные. Надеюсь, сегодня будет командная часть и мы сможем нормально обсудить что у кого произошло. Судя по внешнему виду, все беспредельно устали. Все, кроме Никишиной. Та выглядит так, как будто она сейчас на курорте в Куршавеле, а не за семью печатями, в Кремле, а вместо испытаний, которые все мы вынуждены проходить, она ходит в СПА-центр. Что ж, время всё расставит по своим местам.
Дневник подопытной №38192041 Надежды Никишиной.
Если всё пойдёт таким же образом, как с первым и вторым испытанием, то мне нечего бояться и не из-за чего переживать. Мои покровители делают всё, чтобы облегчить мне задачу. Я говорю «если», потому как не знаю кто они и не знаю зачем они мне помогают; ведь то, что было мне сказано одним из их представителей, — назову его так, — может быть и ложью.
После того, как я вернулась из лабиринта и как следует поела (я заказала свой любимый винегрет и куриные котлеты), я повалялась на кровати и поняла, что мне ужасно скучно и надо бы чем-то занять себя. Я стучала по входной в палату стеклянной двери и через несколько минут пришёл человек, чтобы поговорить со мной.