Казалось бы, ничего плохого. Казалось бы старается, всегда пропадающий на работе отец, для ребёнка. Составил ему меню, без вредных продуктов, составил ему график занятий и не оставил ни минуты лишнего времени, которое можно было бы потратить на ничегонеделание; но, как говорится: «Всё познаётся в сравнении».
Когда же наш Денис Иванович уже достиг возраста, в котором ему нужно было идти в академию и общаться со своими сверстниками, он мог увидеть что жизнь — это не только лишь выполнение приказов отца; что в жизни, кроме меню, составленного отцом — есть и другие продукты; что люди, поедая их годами, остаются в живых и не умирают от рака или других болезней, о которых говорил отец; что даже те его знакомые, которые уделяли физической активности меньше времени, чем он сам или вовсе не уделяли ей времени, предпочитая не ходить на тренировки, — тоже нормальные ребята, а не «размазни» и «сопляки», — как называл их отец.
В свои 17 лет он впервые влюбился. Любовь эта была к женщине 34-х лет, которая преподавала в академии предмет «Психологические принципы и поведенческие характеристики индивидов».
Когда Денис, наконец, решился проявить свои чувства к Куниной Светлане Александровне, та уже давно знала, что он к ней их испытывает и была готова. Денис попросил своего лучшего друга в академии - Рому Маланчука отпроситься с последнего урока, соврав преподавателю, якобы ему нужно в больницу к бабушке. На самом же деле съездить в цветочный магазин, купить букет красных роз и привезти ему — Денису, в академию. Роман тут же согласился, ведь ему было крайне интересно чем окончится ситуация с признанием Дениса — Светлане Александровне; к тому же Денис всегда давал хорошие «копытные».
Взяв у Ромы букет роз, наш герой решительно направился в кабинет своей возлюбленной; он постучал в дверь и вошёл. Светлана сидела в своём кресле за большим тёмным столом и занималась какими-то своими, учительскими, делами. Денис, держа букет за спиной, стал в центр кабинета и, краснея, сказал:
— Светлана Александровна, я вас люблю больше жизни и предлагаю вам руку и сердце!
— Иван Николаевич, я думаю вы услышали достаточно? — обратилась куда-то в сторону психолог.
— Да, мне тоже так кажется. Спасибо за сигнал, товарищ майор. Думается мне, что мой птенец слишком рано решил вылететь из гнезда. Хе-хе, — добродушно засмеялся отец Дениса, обращаясь к преподавательнице.
— Пошли! — грубо сказал он сыну, не глядя на того.
Денис был до того сконфужен и разбит, что не знал как быть и что сказать и просто повиновался отцу. Он так и понёс у себя за спиной букет роз, пока отец, при выходе из здания, не приказал сыну выкинуть их в урну, стоящую справа от дверей.
— Сейчас у меня много работы, а вот вечером мы с тобой поговорим. Обстоятельно поговорим. Не ожидал, сын, не от тебя такого выкрутаса ожидал! Быстро домой, ждать меня; и заниматься!
Вечером парня ждал разговор, который лучше было бы назвать «психологический прессинг», а ещё лучше «моральное уничтожение». Иван Николаевич приводил всяческие доводы; стыдил сына, разнообразно, но чётко выставляя его дураком. Объяснял тому, что у него иное предназначение; что карьера — главное в жизни; что он ещё успеет найти себе женщину, которая родит ему ребёнка — продолжателя рода; что если ещё раз он, Денис, провернёт какое-то «дельце» в тайне от отца — он жестоко поплатится за это и т.д. и т.п.
После этого «разговора» Денис Иванович чувствовал себя словно выжатый в чай, твёрдой рукой его отца, лимон. Он чувствовал себя виноватым во всех смертных грехах, понимал что пытался обмануть отца и уйти из дома с немолодой (для него) дамой. Точнее — отец внёс Денису это в программу понимания окружающих реалий. Он заставил его чувствовать вину и пытаться искупить её.
Конечно, после такого случая, Иван Николаевич не пропускал возможности пошутить и подколоть сына, напоминая о его любовном увлечении. И эти подколы и шуточки всё более и более отдаляли сына от отца с одной стороны, а с другой — всё дальше загоняли всё нежное, чувственное, любящее — в общем человеческое, и всё более выпячивали какого-то бесчувственного робота, в которого превращался постепенно всё черствея — Денис.
Кроме Светланы Александровны, женщин, к которым Денис в дальнейшем испытывал бы какие-либо чувства, у него больше не было. Вот поэтому случай с Никишиной очень удивил генерала и буря давно забытых эмоций, вдруг, вновь поднялась в нём.