Мать Вячеслава не особо вмешивалась в отношения сына и отца и сама была достаточно нервозной женщиной, не брезгающей и крепким словцом, в отношении ребёнка и ремешком и розгой из ивовой веточки. Ребёнок не был желанным в семье. Зачатие его произошло после одной из пьянок, на которой, случайным образом, оказались оба его нерадивые родителя. Оставили его и не сделали аборт лишь из-за страха НКВД, которое, по рассказам соседей, забирали девушек, сделавших аборт. И девушки эти навсегда исчезали, как и многие прочие, забираемые в то время на чёрных автомобилях. Такое уж было время. Тяжёлое.
Когда Вячеслав немного повзрослел, он решил пойти в спортивные секции для занятий боксом и вольной борьбой. Постоянные тренировки отлично сказывались на здоровье парня. Он окреп, возмужал, несмотря на свой юный возраст. Основным движущим фактором того, что он решил заняться боксом и борьбой было то, что он хотел отомстить отцу, неожиданно дав ему сдачи.
Тот в свою очередь за постоянными своими испепеляющими мозг пьянками не замечал как взрослеет его сын. Каким он становится «здоровым быком» — как говаривали, всевидящие и всезнающие, соседи.
Вячеслав окончил восемь классов школы, обязательных в то время для поступления в какое-либо ПТУ и решил пойти устроиться работать воздушным гимнастом. Его внезапной мечтой, озарившей его после похода в цирк, стала именно эта профессия. Он ассоциировал воздушных гимнастов с волшебниками, которые умеют ходить по воздуху и вытворять там, под куполом, «всякие выкрутасы». По сути это была мечта маленького ребёнка, забитого и спрятавшегося внутри взрослеющего Вячеслава и иногда выходящего из своего укрытия и требующего должного к себе внимания.
Все данные для поступления в цирковую труппу у «Кирилла» были и он начал изнурительные тренировки. Словно проходческий комбайн вгрызается в пласты угля глубоко под землёй, — Вячеслав вгрызался в осваиваемое им ремесло. Он стал тренироваться ещё больше, чем прежде: совмещая бокс, вольную борьбу и цирковые тренировки.
В один из дней, вернувшись домой и ещё не успев отдохнуть и пообедать, Вячеслав был оглушён ударом кулака по голове. От силы удара он отлетел к входной двери, но, несмотря на лёгкое сотрясение мозга, он стал подниматься на ноги.
— В циркачи пошёл? Позорить решил честное имя своего отца? Малолетний ублюдок. Я сейчас тебе все ноги и руки поотрываю и пришью, поменяв местами. Как ты додумался до этого, позорище ходячее? — рычал пьяный вдрызг отец Вячеслава. — Я тебе покажу. Я научу тебя уважению, раз твоя идиотка — мать не смогла. Я сделаю так, что… -но как он сделает, отец Вячеслава договорить не успел. Быстро, словно молния, «Кирилл» оказался возле своего папы и нанёс ему сокрушительный хук с правой. Не ожидая такого поворота событий, Кирилл Андреевич упал.
Сломанная челюсть теперь больше всего тревожила всё его существо и он отстал от сына.
Спокойно, не заботясь состоянием отца, Вячеслав пошёл в кухню и разогрел себе вчерашние макароны по-флотски. Никто из соседей по коммунальной квартире не обратил внимания на крики и шум из комнаты четы Иванько. После этого события, Славик решил не возвращаться домой и вплотную заняться тренировками в цирке, чтобы стать профессиональным акробатом, но у его судьбы были иные планы на его счёт…
В этот же день Слава пошёл в цирк, чтобы беспрестанно тренировать своё тело для выполнения акробатических номеров. Сознание диктовало ему выбросить излишний адреналин, накопленный в организме ввиду последних событий. Сознание диктовало — тело исполняло. Только эта связка не учла того, что даже лёгкое сотрясение мозга, — полученное благодаря «любящему» отцу, — даром не проходит. Прежняя координация движений у парня была нарушена и, двигаясь по одному из снарядов выполняя кульбит, он рухнул прямо вниз головой и получил серьёзную черепно-мозговую травму.
Весь коллектив настаивал на том, чтобы он пошёл в больницу, но он умолял не доносить дирекции цирка о случившемся. Две недели на воде и лёгкой пище (другая ему «не лезла» — как он говорил) провёл он в задних помещениях цирка и пошёл на поправку.
Ещё через две недели он попытался вновь тренироваться, но ничего не выходило. Он пробовал и пробовал, не оставляя своих надежд и не прекращая нещадных попыток. Спустя месяц Слава понял, что акробатом ему не быть. На столь кристально-чистой детской мечте был поставлен крест. Навсегда. И начался новый поворот в жизни «Кирилла».
Из-за такого удара маленький Славка, прячущийся в глубинах мозга Вячеслава,- который был виден всем окружающим-, был обижен до глубины души. Собственно, он — этот Славка — и был душой. Ранимой душой столь чёрствого, в последствии, человека.