In HMM III battle. Леса на Юге Эратии. 4 мес. 3 нед. 2 ден.
Надя.
После объявления в динамике, Надя удобно расположилась на своей койке и предпочла другим занятиям отдых. Она в полной мере осознавала всю неизбежность происходящего и, в отличии от Елены, не надеялась на хороший исход, при котором испытания могли бы каким-то внезапно-магическим образом закончиться; следовательно лучше отдохнуть и набраться сил перед неизвестным.
За ней пришли — она послушно проследовала за своим конвоиром. И вот она у портала, и вот она входит в него. Что за ним — она не знает, но смутные, неуловимые мысли говорят ей о том что она готова; готова лучше других и всё будет хорошо.
Наступает умиротворение и Надежда Никишина летит уже над незнакомыми землями: пустынями и полями, лесами и садами, огородами и шахтами, городами и сёлами, казармами и муниципальными зданиями. Всё это, несмотря на свой отличный вид, на своё потрясающее состояние, быстро набивает оскомину и ощущение нереальности. Какие-то мелкие нюансы и упущения, какие-то мельчайшие подробности и перегибы говорят о том что этого мира нет в реальности. Либо это — какая-то другая реальность…
Мысли эти начинают накапливаться, словно снежный ком, пытаясь разрушить всё на своём пути. Никишина начинает сравнивать то, что видит с некой компьютерной графикой, с неким нереальным, выдуманным больным воображением, потусторонним миром и вдруг…
…Надежда оказывается в своём теле, на зелёном травяном поле, средь леса. Она понимает что обездвижена и что место, где она находится — нечто вроде лабиринта из второго испытания. Девушка начинает искать подсказки от своих друзей, помогающих ей прежде. Никаких подсказок нет. Нет даже намёков на следы подсказок.
И тут, примерно в шести метрах справа от неё, появляется огромная лошадь, с крыльями. Лошадь эта размером своим превосходит обычную гнедую в два — два с половиной раза. На ней надет какой-то доспех с изразцами и замысловатыми рисунками. Грудная клетка этой крылатой лошади прикрыта чешуйчатой кольчугой, которая крепится на основной, прикрывающей спину и живот, броне. Сама броня эта чёрного цвета, расписанная серебром. Витиеватые переходы от цветков к волнам, от волн к каким-то причудливым формам и образам создают впечатление целостности картины, которую выполнил внеземной художник.
Надежде нужно напрячься, чтобы вспомнить название подобного коня из мифологии и в итоге ей удаётся это сделать: «Да это же Пегас! Неужели мне придётся сразится с ним⁈» — одновременно с этими мыслями в её голове, Пегас повернулся и посмотрел на Надю. Глаза его были голубы, аки небесная гладь и спокойны, словно океан в хорошую, безветренную погоду; они внушали уверенность и спокойствие в смотрящего на них. Надежда поняла, что испытание заключается не в сражении с Пегасом. И, словно в подтверждение её мыслей, рядом с ним материализовалось ещё одно существо.
Это создание неведомого разума было буро-красного цвета, представляло же из себя некую смесь увеличенного в размерах льва и скорпиона, с крыльями дракона. Грива и морда существа были темнее остального туловища, но оттенок был тот же. Пасть его была приоткрыта и из неё виднелось большое количество острых, как гвозди, зубов; но это было не самое странное в существе. Самым странным был скорпионий хвост, выходивший с задней части этого дивного создания, вместо хвоста львиного. Жало это было, наверное, метров 5 длиной, если его полностью развернуть, поэтому оно было собрано в дугу над туловищем животного. Ядовитый его стержень находился прямо над львиной головой; в случае надобности было видно что жалом этим, существо сможет налегке поражать соперников. Но и это было ещё не всё: два небольших, но размашистых крыла росли из боков этого существа, примерно по центру его туловища; выходили они из оного в районе реберных костей. Глаза существа, когда оно повернуло свою голову с гривой, чтобы взглянуть на Надю, блеснули решимостью и зеленью. Надежде даже показалось что существо подмигнуло ей.
«Скорполев какой-то. Интересно, интересно что же дальше-то здесь будет; что мне подготовили? И главное чем же всё это кончится⁇» Словно в ответ на её вопрос: «что же будет дальше», слева от неё, почти рядом, метрах в двух, появился следующий участник.
Это был чёрного, как смоль, цвета дракон. Высотою он был как два или три человека — тяжело было сказать точно из-за того, что он постоянно двигался то разминая крылья, то оглядывая окрестности, но с места не двигался. Крылья его были раза в три больше, чем у Скорпольва и он беспрестанно ими шевелил. Было видно что ему не терпится взлететь, но какая-то сила держит его на месте, словно бы пригвоздив к бренной земле. Каждое крыло внизу оканчивалось костистыми наростами, торчащими почти до самой земли. Впереди, перед условной грудью Дракона были две когтистые лапы. Они были коротки, но внушали чувство страха из-за своих огромных когтей. Хвост дракона так же чёрный, но чуть светлее остального тела, был свернут, оборачивая его тело в районе больших лап, словно хвост, которым кот обворачивает себя, сидя на задних лапках. От самого хвоста, через всё тело, вплоть до головы, с передней стороны Дракона шло широкое вкрапление его плоти, не скрытое бронёй. Оно было шириной около полуметра, разделено на сегменты по тридцать — сорок сантиметров. Дракон открыл пасть, чтобы зевнуть и из неё показался змееподобный, но огромный язык и большие острющие зубы. Когда приступ зевоты прошёл и Дракон уже собирался закрыть пасть, из неё вышло небольшое облачко чёрного дыма. Он, как бы извиняясь за это своё упущение, кротко посмотрел на Надежду зелёными глазами и отвернулся.