— Ребят, здарова. Как служба? Снабжение нормас? Не обижают? — в этот раз Тимур решил сыграть роль прожжённого вояки, интересующегося судьбами мелкой рыбы.
— Товарищ сержант, у нас перекур. Сейчас вернемся к выполнению обязанностей! Снабжение отличное, жаловаться нам не на что! Обижать нас некому! — один коренастый парень, с широким лицом отвечал за троих. Видно было, что его уже науськали на военный лад и он знает как отвечать начальству, дабы то отстало удовлетворённое.
— Та я не о том, братишка. Реально какие мысли есть? Как думаешь удастся нам отстоять К? Силы то вон какие задействованы! Должны же, а?
— Вам по-честному ответить? Вы не из комендатуры или ещё откуда?.. — коренастый опасливо разглядывал Тимура, пытаясь оценить принадлежность того к какому-то спец. подразделению контрразведки. Ничего подобного не увидев, он, не давая Тимуру ответить на свой вопрос, сказал:
— По-честному: с нашей советской техникой мы не можем тягаться против врага. Им дают самое современное. Все передовые разработки уже давно у них. Я не знаю, вы может быть не слышали, но у их ген. штаба уже есть план по вторжению в наши области. Не берусь судить насколько это реально, но сейчас вот читал в «Телеграме» Стрелкова. Он пишет, что инфа сотка, получена от надёжных источников! Вот и весь ответ, товарищ сержант. Теперь хотите — стреляйте меня, хотите — под трибунал, но как есть — так я и сказал…
— Понятно, — только и смог выдавить из себя Тимур и на ватных ногах отправился куда-то, в сторону палатки, из которой он недавно вышел.
«Неужели американцы вторглись сюда, чтобы напасть на нас? Стоп. А почему мы то сами сейчас здесь? Я ничего не могу понять. Все люди исчезли же…а тут война идёт. Год! Нужно узнать какой сейчас год. В этом, я уверен, и есть ключ к разгадке!» — думал растерянно Тимур, подходя к палатке, возле которой ве́село полыхал костёр, с котелком над ним. Из котелка приятно пахло готовящейся едой; только сейчас парень осознал насколько он голоден.
Следуя секундному порыву, он залез в палатку и начал осматривать её стены. На одной из стен, как полагается, висел календарь, с какой-то полуголой девицей, в разных позах напечатанной, на странице каждого месяца (Тимуру были видны два: февраль и март) Опустив глаза в правый угол календаря, испытуемый Тимур Назаренко увидел год: 2024.
В этот момент в палатку вошёл здоровенный детина и пробасил:
— Ты и есть новый сержант Тимур Назаренко? Пошли знакомиться. Есть хочешь? Сейчас уже будет готово. Идём! — когда Тимур вышел, вслед за своим новым собеседником, из палатки, он вновь был ослеплён снегом. Приглядевшись к свету, он увидел, что возле замеченного им прежде костра с котелком сидит два человека. Третьим был бугай, который заходил в палатку за Тимуром. Хотя ещё минуту назад никого из этой троицы у костра не было.
— Ну, рассказывай: кто, зачем, почему, чем дышишь, как здесь, каких взглядов и т.д. — сказал один из бойцов, сидящих на деревянных зелёных ящиках у костра. Это был худощавый парень, лет 24х, с каштановыми волосами и зелёными добрыми глазами ; однако, лицо его было изранено. На нём присутствовали как старые шрамы от ран, так и новые отметины войны. Он был одет в военную форму, поверх которой был накинут белый маскировочный халат. Рядом с ним лежала идеальная на вид снайперская винтовка Драгунова, в кобуре на поясе у него имелся пистолет. Всяческие разгрузки и дополнительные органайзеры заканчивали картину предусмотрительного молодого снайпера. Говорил он полушутя, но Тимур каким-то образом отчётливо знал, что если ответит немного не так, как от него ожидают, эта полу-шутливость превратится в настоящий разбор полётов, если не сказать в допрос.
— А я, ребят, утаивать ничего не намерен: мобилизовали прямо с моей глухой деревни. Там я жил, поживал и не знал что, как и почему. А это приехал на закуп в магазин, там меня и приняли. Вот и вся история. Затем то ли по голове мне дали, то ли я в поезде свалился с верхней полки — не помню ни черта. Сейчас вот в палатку знаете зачем ходил? Смотрел какой год! Вот такие дела, ребят. Не…вы чего не подумайте плохого… так-то я дело своё знаю, но было бы неплохо услышать от вас текущее положение дел. Желательно года эдак с 2014…
— Да он шутит! Ну не может же быть принят такой полоумный в ВС, не так ли, ребят? Хе-хе-хе — пробасил «знакомец» Тимура, — Давай, для начала, мы познакомимся, годится? Меня зовут Михаил, фамилия Малый. Это шутка такая. Природа, значит, пошутила так. Хе-хе-хе. Позывной у меня Медведь, — Тимур осмотрел стоящего Медведя: 2 метра роста (минимум), широкоплечий, широколицый, коротко остриженный, голубоглазый человек этот сейчас излучал лишь добродушие и ничего более; когда же дело доходило до боя, враги его жалели о том, что на их долю выпал именно этот пулемётчик. Он не выпускал из рук пулемёт Калашникова, за спиной у него висел автомат того же концерна. Вооруженный до зубов пулемётом, автоматом, пистолетом, ножами, гранатами, висящими на поясной разгрузке и Бог знает чем ещё, чего не было видно, — сейчас Михаил не вызывал и малейшего чувства страха. Он продолжал свой рассказ: