От созерцания кушаний друзей отвлекли, так как в дверь снова постучали. Хозяин кабинета опять разрешил войти. На этот раз тот же повар принёс в руках 4 бутылки вина.
— Спасибо, ви свободны, — спокойно промолвил Сталин.
— Есть! — только и ответил «повар».
— Так вот…на чём меня прервали? — друзья молча смотрели на Джугашвили и каждый из них не мог поверить в то, что такой маленький тщедушный человечек мог сотворить то, что он творил, -ах, да. Я говорил о том, что стране очень тяжело и любая помощь неоценимо важна. Кушайте, кушайте, товарищи. Разговор будет долгий… — с этими словами Вождь взял одну из бутылок и отпил прямо из горлышка. Не поведя и усом, грузин взял сандвич с черной икрой и начал откусывая его, попивать вино, весело поглядывая то на одного, то на другого гостя своего кабинета.
Олег и Сергей, кроме невкусного чая в поезде, ничего не ели уже очень давно, но всё равно не хотели присоединяться к трапезе Сталина. После всего, увиденного ими во время путешествия в Москву, негодование и отвращение кипели внутри обоих и никоим образом не хотели они разделять со Сталиным этот праздник живота. «Вождь» же, запив вином последний кусок бутерброда, промолвил:
— Как хотите, товарищи, как хотите. Тогда такой вопрос: как вы попали сюда, в наше время. От ответа на этот вопрос зависят ваши жизни. Помните об этом, товарищи.
Сергею показалось, что он услышал какой-то шуршащий звук в стороне окон, но он тут же забыл об этом. Забыл, — словно бы кому-то понадобилось, чтобы он забыл или не заметил этих шевелений, — и сказал:
— Мне кажется вы прекрасно осведомлены, ведь так? Мы попали сюда при помощи портала, который создан неизвестно кем, непонятно для чего. Мы проходим своеобразное испытание и в его ходе очутились здесь. В чём суть очередного этапа нам не известно, поэтому приходится импровизировать по месту.
— Я поддержу своего друга и лишь добавлю: нас заранее никто не предупреждал о том, куда мы попадём и почему именно туда.
— Хорошо. Ваш ответ принят. Теперь второй вопрос: что ожидает мою страну в будущем? Советский Союз покорит мир… точнее СССР победит в борьбе за права рабочих и крестьян по всему миру и установит всецелую коммунистическую власть… или… — Сталин стыдливо опустил глаза, как будто знал ответ на этот вопрос.
— Как принято считать в наше время, СССР прекратил своё существование по причине множества факторов. Перечислять их я не буду — не вижу в этом смысла. Случилось это в 1991 году. Я сказал «принято считать», потому как сам придерживаюсь другого мнения: я думаю, что просто пришло время менять расстановку сил в мире и поэтому СССР развалили искусственно, — промолвил Сергей.
— Ну, тут можно поспорить, конечно, — заговорил Олег, — хотя твоё мнение и очень близко мне, Серёг. В целом сути это не меняет: Советский Союз прекратил своё существование в тот момент, когда у него был Президент. Да-да. Не удивляйтесь. Президента этого звали Михаил Горбачёв.
— Как у…как у буржуев что ли? — шёпотом задал свой вопрос Иосиф Сталин.
— Да, именно как у них. Время, -под словом «время», я подразумеваю глобальный сценарий, — так вот: время того требовало и политтехнологи решили таким образом переименовать главу государства, дабы соответствовать реалиям, складывающимся в том моменте. В общем это не имеет ничего общего с вашим вопросом, товарищ Сталин, — остановил сам себя Сергей.
Немного подумав, усатый мужчина в шинели сказал:
— Хорошо. Как вы считаете: если я приложу все усилия, чтобы сохранить ваши жизни и охранять вас от всяческих напастей и оставлю вас здесь, в этом времени — сможете ли вы помочь мне избежать ошибок и не дать распасться моей стране?
Не успели друзья раскрыть ртов, как у окна послышался какой-то неясный шум, затем штора распахнулась и в комнате очутился молодой человек, в костюме. С позиции наших друзей, он был очень похож, — да нет, даже не похож, — это был вылитый Ваня Ургант.
— Джуга, я же объяснял тебе уже, что ты хочешь совершить невозможное и эти джентльмены тебе не смогут помочь. Верно, джентльмены? Пойми ты уже, наконец, непутёвый: для всего есть сценарий. Одно исходит из другого, третье — из второго и так далее. Всё взаимосвязано и нельзя нарушать эту взаимосвязь! — весь свой монолог «Ургант» произнёс очень уверенно, не ожидая каких-либо возражений. Оно и понятно. Взглянув на Джугашвили, создавалось впечатление, что он испуган до глубины души и что это его вызвали «на ковёр» к хозяину данного кабинета.