Сергей в отчаянии смотрел на дракона и готов был прямо сейчас растерзать обидчика сестры.
— Тш-ш-ш-ш, — Раух нежно прижал к себе воспитанницу и отечески поглаживал ей спину. Он ловил последние дни, когда имел на это право, как опекун. — Почему ты так категорична? Может, ты ошиблась?
— Я-то, может и ошиблась, но Оракул не ошибается, — она шмыгнула носом, изо всех сил стараясь не разреветься. — У меня нет выхода.
— Пойдемте-ка в гостиницу, там поговорим, — герцог заметил, что паломники стали прислушиваться к их разговору. — В любой ситуации есть два направления — вход и выход. Если нет выхода, значит надо развернуться и идти в обратную сторону. Тогда вход станет выходом.
Саша слабо кивнула головой и крепче прижалась к груди дракона. На ней было уютно и спокойно. Так бы всю оставшуюся жизнь провела на груди у любимого. Она с замиранием сердца ловила каждое движение теплой ладони у себя на спине. Темные небеса! Как же хочется наплевать на все приличия и просто предаться любви с этим потрясающим мужчиной! Чувствовать его тяжесть его тела, каждый бугорок мускулов, чувствовать его в СЕБЕ. Саша даже притихла, так явственны были ощущения этого единения с Раухом. Но Оракул назначил ей другого мужа. Ну почему не Раух? И возраст совсем ни при чем! Ну и что, что он старше родителей? Драконы, вообще, живут до трех тысяч лет! И даже, если он запечатает её магию, то при брачном обряде он разделит свое время на двоих, и она может прожить ещё очень долго. А Тарт, разве поделиться? Да он и слышать об этом не захочет!
— Да, — согласился Сергей. — Там можно поговорить без лишних ушей. — Он огляделся. — А где Шон? Вы же вдвоем заходили?
Тарт печатал шаги по темному коридору. Глаза быстро привыкли к приглушенному свету и он без труда различил в приближавшемся силуэте младшего брата Александры — Шона.
— Ты-то мне и нужен, щенок! — прошипел принц и схватил юного демона за грудки.
— С ума сошел!? — завопил тот. — Отпусти!
— Я почти до утра ждал, когда ты соизволишь подать мне знак!
— Я не виноват, что старик не спал и караулил Сашку! — принялся оправдываться Шон, пытаясь скинуть с себя железные кулаки саламандра.
— С-с-слуш-ш-шай, ты, мышь серая, — раздвоенный язык Тарта облизнул ярко красные губы, — не подкачай сегодня! Нам совсем недосуг здесь высиживать яйца!
— К-к-к-конечно — конечно, — пролепетал и в самом деле побледневший парень. — Как только дракон заснет, я дам вам знать!
— И замок открой! — угрожающе прорычал принц. — Не охота шум поднимать, старичка вашего жаль будить, — добавил он саркастически и откинул юнца.
— Да-да! — закивал Шон, торопливо поднялся и припустил прочь.
— Не такой уж он и старик, — задумчиво глядя вслед улепетывающему демону, проговорил Сэм.
— Пф! — фыркнул близнец. — То, что он молодо выглядит, ещё ни о чем не говорит. Он старше родителей Александры, значит, для нас старик.
— А ты не заметил, что Александра неровно дышит к нему? — Сэм двинулся вперед за монахом.
— Ой! — Отмахнулся Тарт. — Не расчесывай мне нервы! Дышит она! Выросла в горах, никого, кроме него и не видела, вот и дышит. С нами поживет и успокоится. После ночи со мной она вообще обо всем забудет.
Сэм удручающе покрутил головой — что-то понесло брата, видно отказ девушки его больно зацепил. Теперь пока не уложит её под себя, не успокоится.
В огромном зале Оракул ждал очередных просителей. В самом начале «карьеры» ему было дано предсказание, что через много летпридут два кровных родственника и один из них сможет сменить старого эльфа на ответственном и нелегком посту. Пора на покой. Давно пора. Но приемник никак не приходил, часики, отсчитывающие десятки лет, исправно тикали, а на ступенях стояли одиночки. А вот сегодня ночью старцу Провидение послало сон, в котором явилась его мать, молодая и красивая, и позвала за собой. А он побежал, со всех ног побежал, и только проснувшись на заре, понял — а бежал-то он совсем юнцом за матерью. Значит, пришло долгожданное время. Устал Оракул. Очень устал. Разные паломники. Кто спокойно выслушает, кто закатит истерику, а кто и драться кинется. Да только защита не пропускает дебоширов и выкидывает прочь из храма. И печать на их ауре остается навсегда. Таких больше ни один предсказатель не примет — сразу увидит.
С утра Оракул просканировал посетителей. Заинтересовала пара демонов — брат с сестрой. Был ещё один брат, но такого явного кровного родства между ними он не увидел. С великим волнением он велел пригласить их сразу, как только обнаружил. И с таким же великим разочарованием отпустил. Родство-то было, да только души разные. Девочку даже стало жалко. А ведь до них никто не вызывал у Оракула эмоции. Жалко маленькую плеяду, не обучена, столько ещё дел может натворить! А демоненок трусоват, ну и этот найдет свою дорогу в жизни. Оракул показал ему свое зеркало мира. Что там увидел юный демон, он не знал и не хотел забивать свою голову знанием ещё одной судьбы. Но видно там было что-то хорошее, так как демон отлепился от зеркальной глади с трудом и с мечтательной улыбкой.
А к крыльцу подошли ещё двое. Оракул «услышал» разговор их крови и опять напрягся: они? Какого же было его облегчение, когда в одном из близнецов он увидел своего приемника!
Глава 6.
— У нас с братом один вопрос — чопорно начал Тарт. — Есть принцесса: она только что вышла отсюда, есть мы. Какое будущее нас ожидает, если мы женимся на ней? Отец настаивает, нам она тоже нравится, но вот сама она ни в какую не хочет признать нас единственными, с кем она будет счастлива!
Оракул выплыл из своего тумана и медленно приблизился к братьям. Он внимательно всматривался в каждого из них, пытаясь пробиться в самое сердце и самому определить — кто же из них?
— А так ли вам обоим нужна эта девушка? — вкрадчиво спросил старец.
— Лично мне — нужна! — рыкнул Тарт.
Оракул перевел взгляд на Сэма.
— А ты что скажешь?
Сэм подумал и ответил:
— Она мне нравится.
— Нравится, — эхом повторил Оракул. — Тогда иди, загляни в зеркало мира, посмотри, что оно тебе покажет.
Сэм уверенно поднялся на возвышение и скрылся в тумане. Тарт занервничал:
— С ним все в порядке будет?
Эльф дробно засмеялся:
— Здесь ещё никто не задерживался!
Несколько минут для саламандра показались вечностью. Они с братом были очень близки, всегда делили между собой все, вот даже жениться собирались на одной девушке. Тарт нетерпеливо постукивал носком сапога по мраморному полу, в его глазах отразилось огромное облегчение, когда он увидел выходящего из тумана брата.
— Все в порядке? — бросился он к Сэму.
— Да, только я не совсем понял, — близнец вопросительно посмотрел на Оракула. — Что значит «только один»?
— Только один из вас будет счастлив в браке, — произнес старец. — Другому нужно остаться здесь, это будет ваша жертва за счастливую жизнь.
— Ты же говорил, старик, что здесь никто не задерживался? — гневно свел брови Тарт.
— Я и сейчас могу это повторить, — спокойно кивнул Оракул.
— А как же твое «жертва»? — продолжал кипятиться саламандр.
— Я говорил, что «никто не задерживался», но одному из вас нужно ОСТАТЬСЯ. Это разные вещи.
Эльф, старчески сгорбясь и опираясь на белый посох, прошествовал к чаше, ладонью разогнал туман и спросил:
— Что ты видел в зеркале?
— Я видел брачный обряд между одним из нас и Александрой. И мы были счастливы, — осторожно произнес Сэм, глядя на взбешенного Тарта.
— Плевать! — ярился тот. — Я не собираюсь жертвовать братом ради какой-то девки!
— Похвально, — изрек Оракул и посмотрел на Тарта выцветшими от времени глазами. — А ради чего ты способен на жертву?
Саламандр покраснел, от кожи пошел едва заметный парок — знак сильного раздражения и гнева.
— Я не буду жертвовать братом, — прошипел он, являя старому эльфу черный раздвоенный язык. — Если цена брака такова, так он мне тогда и на фиг не нужен!
— Жа-аль, — прошелестел Оракул. — Ваш союз принес бы много полезного в наш мир. Девочка ценная, ваш отец прав: такую нельзя упускать.