— Не, ну мы сами не можем каждый день сюда шастать! — с набитым мясом ртом прошамкал брат. — Это ж какой расход портальной магии! Никакая казна не выдержит.
— Угу, — Саша отпила фруктовый отвар. Такой всегда подавали к мясным блюдам, если в заказе отсутствовало вино. — Так что, лопай молча. Сюда мы вряд ли скоро вернемся. Или перемани повара.
— Легко сказать — перемани! — Юноша огорченно вздохнул. — Штат поваров укомплектован надолго. Вот, когда закончу учиться, построю свой замок, тогда и переманю. Обязательно.
— С таким темпом обучения, ты не скоро закончишь академию! — подколола его Саша.
— Я догоню! — он сверкнул глазами и с хрустом разломи очередного цыпленка. — Вот увидишь: как только мы вернемся, я сразу же поеду в академию! И сдам все зачеты с первого раза!
— Ну-ну, конечно, перспектива трескать таких цыплят каждый день — это отличный стимул, — хихикнула девушка. — Не то, что столовская еда!
— Раух! — с деланным возмущением, но с долей истинного, воскликнул Сергей. — Но ты-то хоть можешь кого-нибудь из своих поваров откомандировать? Мы тогда к тебе всей толпой являться будем! На каждый праздник!
Герцог добродушно улыбнулся. А почему бы и нет? Цыплята и в самом деле выше всех похвал. А, если таким образом и куропаток поджарить … Мда, тогда придется птичью ферму, вернее куропаточью, расширять.
— Не слушай его, Раух, — вмешалась Саша. — Делать тебе нечего, как с цыплятами заниматься.
— А чегой-то ими Его Светлость заниматься будет? — вскинулся Сергей. — У него целый штат поваров и этих, как их, ну, которые птиц разводят… Блин. Короче, ему ниче не надо самому делать, только отмашку дать. А, Ваша Светлость? — он заискивающе сделал брови домиком.
Раух от души расхохотался. Он в первый раз видел, как юный демон хлопотал о еде.
— Ладно, — мужчина хлопнул себя по колену. — Я подумаю на эту тему.
Шон за время ужина не проронил ни слова. Всё улыбался.
Ужин закончился приятным яблочным сидром. Наверх в номера они поднимались с приятной тяжестью в желудке. Раух через некоторое время зашел пожелать Саше «спокойной ночи», да проверить ещё раз защитные контуры. О с огромным облегчением расположился бы сам в её номере, но незамужняя девушка должна блюсти честь.
Саша сидела перед небольшим зеркалом и расчесывала длинные серебристые волосы.
— Всё хорошо? — застыл на пороге Раух.
— Проходи, — кивнула головой девушка. — Как ты думаешь, может ведьмовской дар ужево мне?
— Не знаю, — вздохнул мужчина и просканировал контур номера. Вроде, все спокойно. — Это к ведьмам надо обратиться. Они могут точно сказать. Но у меня с ними отношения не очень. И это мягко сказано.
— А больше никак не определить? — она с надеждой посмотрела на опекуна.
— Почему? Можно подождать до твоего совершеннолетия. Дар сам проявиться, если он перешел к тебе.
— Я с ума сойду от неизвестности! — Саша обняла себя руками. — Ещё почти полгода!
— Не бери в голову! — герцог, мягко ступая по тонкому ковру, подошел к воспитаннице. — Приедем домой, там решим.
— Хоть бы все получилось! — она мечтательно закрыла глаза. Как же её хотелось, чтобы предположение утреннего прохожего около старой хатенки деревенской ведьмы исполнилось!
Ведь ввести в правящую семью ведьму считалось очень опасным, да и народ ведьм не любил. Да, они пользовались их услугами, но предпочитали не жениться на ведьмах. Поэтому среди ведьм не считалось зазорным иметь не одного любовника. Зачастую наделенные даром женщины рожали детей от разных мужчин. Мальчиков определяли в монастыри или в приюты, а девочек оставляли в семье. Так и образовывались ковены.
— Спокойной ночи! — сказал Раух и, поцеловав девушку в лоб, плотно закрыл за собой дверь.
— И почему я не урожденная ведьма? — вздохнула Саша. — Тогда бы он остался со мной на ночь.
Утром возмущению Сергея не было предела.
— Как вы не можете подать мне цыплят по вчерашнему рецепту?
Молоденький мальчишка-служка стоял перед разгневанным демоном, вытянувшись как генерал на параде.
— Простите, Ваша милость! Но повар, который делал такое мясо не вышел сегодня! А кроме него — некому!
— Успокойся, — с нажимом положил Сергею руку на плечо герцог, вынуждая демона сесть за стол. — Обещаю, я пришлю сюда своего служащего и перетяну этого повара себе!
Со стороны казалось, что из ноздрей Сергея дым валит. Да и чуткий нос двуликих мог уловить запах дыма — демон, действительно, кипел от негодования.
Завтрак прошел в смурной обстановке. И только Шон, по-прежнему, улыбался, глядя перед собой невидящими глазами.
И все же сытный вчерашний ужин, чистая мягкая постель в теплых номерах, сделали свое дело: путники зарядились значительной долей энергии. Даже Сергей, после обещания Рауха переманить искусного повара в Баркжам, садился на коня в приподнятом настроении. Лошади тоже хорошо отдохнули. Их вычистили и накормили до отвала. Теперь они гарцевали перед крыльцом, сыто всхрапывая.
В дорогу герцог с демонами отправились уже почти перед обедом. До следующего поселения было около двух дней пути, поэтому ночевать им придется в походных условиях, так что торопиться было не к чему. По городку ехали медленно — Раух сканировал ауру жителей и прислушивался к ощущениям, надеясь нащупать след мага-пространственника. Незаметно, они выехали на центральную площадь. А здесь намечались какие-то события.
Посередине высился эшафот с наскоро укрепленной примитивной гильотиной. Народ вокруг прибывал и площадь заполнялась людским гомоном.
— Любезный, а что тут происходит? — полюбопытствовал Сергей у какого-то мужичка.
— Колдуна казнить будем, — деловито сообщил тот. — Сволочь такая, столько жил среди нас! Маскировался хорошо, гад!
Саша вздрогнула — вот она, обратная сторона ведьмовства, не знаешь, как тебя примут.
Раух заметил, как дернулась девушка и хотел сразу увести её с братьями от площади, но она заупрямилась.
— Я хочу посмотреть на этого колдуна! — заявила Саша. — Я не тронусь с места, пока не увижу его!
Сергей решил поподробнее расспросить мужичка.
— А что он сделал?
— А щас всё сами услышите! Вон наш господин Солтан, судья, все скажет!
В это время на помост вышел высокий и толстый старик в меховой шубе. Он развернул перед собой лист бумаги и, усиленным магией голосом, начал зачитывать преступления. Читал он монотонно и скучно, по мнению нашей кампании, но толпа каждый раз при зачитывании нового преступления одобрительно взвывала.
— Я ничего не понял, — обратился Сергей всё к тому же мужику. — Что он сделал?
— Как это? — удивился тот. — Он же картины малевал, в которых потом все оживало!
— И что? — в ответ удивилась Саша. — Пусть бы и дальше малевал, кому от этого плохо?
— Как это? — искренне недоумевал мужик. — А, ежели кто в эти картины попадет? Эдак можно навсегда нарисованным сделаться и в картине остаться!
— Так не лезьте туда и всех делов-то, — пробурчал Сергей, неодобрительно поглядывая на судью.
И тут на помост вывели худенького паренька, маленького и щуплого.
— И это и есть ваш колдун? — фыркнула Саша. — Колдуны же всегда высокие и развитые, а этот полтора метра в прыжке.
— Вы, Ваша милость не смотрите, что он такой жалкий, — насупился собеседник. — Он на кухне при гостинице работал, а там все в теле. Вот, позвольте спросить, почему он не раздобрел? — мужичок обвел их горящими глазами. — А я вам отвечу: потому, что всё в свои картины переносил. Да ещё готовил кушанья. А этими кушаньями мы гостей угощали. Сами, небось, цыплят его приготовления ели. За уши не оттащишь. Верно?
— Верно, — задумчиво проговорил Сергей.
— Темные небеса! — закрыла ладошкой рот Саша и испуганно покосилась на Рауха. — Из-за этого лишать жизни?
Она с мольбой смотрела на мужчину и в её взгляде он прочитал крик о помощи пареньку. В этот момент судья как раз закончил читать обвинение и задал последний вопрос своей «аудитории», положенный по протоколу: