А здесь было красиво. Дорога из серых шестигранных камней вела от площадки на высоком склоне вулкана - вниз, вниз, над мирной зелёной землёй, вылетала стремительной серой стрелой на берег и обрывалась, уходя прямо в море. Когда-то давно учёные проводили здесь исследования, хотели дойти до конца дороги, но нет... водолазы шли по дну, по шестигранным камням, которые едва можно было различить под слоем морской живности, добирались до отвесного подводного обрыва, а дальше начинались большие глубины. Остров был обитаем с древних времён, люди упорно селились рядом с вулканом, а тот время от времени напоминал им, кто здесь хозяин.
Стен пересмотрел ещё раз выступление Арелата. Настойчивый, убедительный, искренний голос стучался в сердца, звучал с тревогой и заботой, он страшил, предупреждал, - но не настаивал, и потому находил всё новых и новых единомышленников.
- Я спешу сказать вам: берегитесь! Вспомните, из чьих рук вы принимаете помощь! Кто стоит за спиной Йаллера? Кто уверил вас, что без него нам не справиться с бедой и благом Великого Расселения? Орден! Но не Орден ли сделал так, что нам без него не обойтись? Где древние школы Владеющих Силой, магов, предсказателей? Они исчезли во мраке веков, и остался только Орден! Что ждёт нас, если мы целиком и полностью отдадимся в его руки? Кто знает, не направили ли они уже наши мысли к покорности при помощи Силы? Кто успокоит нас, кто ответит нам, что мы пока ещё свободны? Теперь они нашли Йаллера и хотят, чтобы он прокладывал нам путь, но вспомните, кто он! Вспомните, как была найдена колония поклонников Прародителя Зла на Энтиде! Министр мира убеждала нас, что войны не будет, но - не о ней речь сейчас. Взгляните на него! Вглядитесь в его глаза! Неужели вам не видно? Да, он - с ними, он рад, что наконец-то нашёл своих! Кто он? Ответьте мне, кто он, скрывающийся за именем Йаллера? Неужели вам не ясно? И вы поверите ему, пойдёте за ним через Переходы туда, где никто и ничто не сможет защитить вас?..
Неужели этот человек всерьёз надеялся, что сможет безнаказанно выступать против Ордена? Кто заказал ему опасное балансирование на грани, кто убедил рисковать свободой, - подумав, Стен мог с уверенностью сказать, что и жизнью? Или же на волне паники, страха перед тонущими материками на Тайшеле древняя искренняя ненависть действительно выплыла из бездны прошлого и стала реальностью? А он-то думал, что всё давно перемешалось, заглохло и теперь не имеет значения... В любом случае, Арелат сейчас на острове. Камера номер три-три-два...
В маленьком очаге в огне плясала огнистая ящерица. Стен никогда не понимал, какое удовольствие держать аквариум, сажать туда рыбок против их воли. За рыбами надо ухаживать, кормить их, чистить их обиталище. Можно, конечно, перепоручить это дело автоматике, но тогда ты забудешь про них сразу же, и какой смысл? Огонь и его обитатели - другое дело. Жизнь и танец огнистой ящерицы вечны, точнее - продолжаются, пока горит огонь. А если усилить пламя, то ящериц становится больше. На огненную круговерть можно смотреть постоянно, в этом было что-то дикое, первозданное, земное... Говорят, в большом пламени видели когда-то и огромных огненных существ, но сейчас таких случаев очень мало, о каждом из них потом рассказывают веками, как о великом чуде. Да и огнистая ящерка появляется далеко не в каждом костре...
***
- ...А ведь вы боитесь, - сильный, почти насмешливый взгляд Арелата посверкивал из полутьмы. - Боитесь, что я окажусь прав, и тогда в вашем... служении исчезнет опора. Моральное право держать меня в заключении. Ведь так?
Стен улыбнулся.
- Вы не угадали. То, что вы приняли за страх и связали с собой, - совсем другое.
- А, - Арелат как будто сразу потерял интерес и махнул рукой. - Женщина?
Стен бросил на него короткий взгляд и отвёл глаза. Пусть думает, что женщина.
- Хорошо, - Арелат неожиданно улыбнулся. - Так зачем же вы пришли?
- Поговорить, - Стен соединил пальцы.
- Вот как. А если я откажусь?
- Ваше право. Однако вы здесь пожизненно... если суд не пересмотрит приговор. Сомневаюсь, чтобы другие заключённые смогли стать для вас достойными собеседниками.
Арелат шутливо поднял руки.
- Сдаюсь. Вы умеете льстить. Так что же вы хотели мне рассказать?
- Скорее, спросить. Скажите, ваша ненависть... Она не музейная. Не слепая, не фанатичная и не безумная. Она осознанная. Живая. Как вам удалось вырастить в душе такую ненависть?
Арелат засмеялся.
- Хороший вопрос. Красивый и точный. Начать отвечать - всё равно, что потянуть за ниточку. А что я получу, если отвечу?
- Я не тиран и не всемогущий правитель древности, - свободу даровать не могу. Но... от ответа зависит то, на что я решусь быть способным. Полагаю, мало не покажется.
- И как же мне угодить на столь взыскательный вкус? - насмешливо поинтересовался Арелат. - Я ведь не знаю, что именно вы хотите услышать.
- Что и даёт чистоту эксперимента, если можно так назвать, - Стен развёл руками. - Вы можете подготовиться и отвечать не прямо сейчас.
***
...Стихия была так близко, что казалось - она касается ног людей, скользит возле них, проникает в души, пронизывая страхом. Первые подземные толчки были слабыми, не должны были бы напугать, но все знали: обольщаться не стоит. Море недвусмысленно давало понять, какую именно часть суши оно наметило в качестве своей следующей жертвы.
Стен ждал, что на острове будет толпа. Он не хотел этого, но деваться было некуда. Представители разных служб, Центра по переселению... А в тот же вечер был короткий разговор по видеофону, по тому самому номеру. Стен сразу понял, чего от него хотят. Эвакуация - хороший предлог, чтобы избавиться от нежелательного заключённого. Арелата следует "забыть" в камере, потом его смерть спишут на опередившую людей стихию... и всё. Поначалу Стена скрутило бешенство: если вы хотели его убить, то почему не сделали этого раньше, возможностей же масса? Нет ведь, нельзя, он известный человек, сразу стал бы невинной жертвой и добился того, за что так ратовал, - поднялась бы волна недовольства правительством... А теперь - можно. Теперь - пусть общественность увидит, что будет, если последовать зову Арелата и отказаться от Великого Расселения, пусть увидит, как гибнут люди. И в этом увидят руку Создателя: справедливость явлена, Арелат сам попался в ловушку собственных идей...
***
Эйранель следил за Арелатом издали. На прогулках тот непринуждённо общался со всеми и, похоже, обретал если и не поклонников, как это было на материке, то, по меньшей мере, сторонников. И от этого становилось не по себе.
В тот последний разговор Стен старался говорить как можно меньше. Внешне он был так же спокоен, как обычно, и глаза не выдавали ничего: что ж, раз Арелат хочет его видеть, он согласен на встречу. За окном ласково синело вечернее небо.
- Ненависть, - Арелат задумчиво смотрел вдаль. - Самая лучшая ненависть рождается из своей противоположности. Или разочарования. Или предательства, - кому как повезёт. Ведь удобно считать другого сволочью. Не общаться, запретить себе думать о нём, хотеть к нему, тянуться. Можно избавить себя от необходимости тратить на него своё время и свою душу. Поступаться ради него чем-то. Находить для него место в своей жизни. Он - скотина, он того не стоит. Не надо искать причины того, какой он, не надо пытаться разобраться, пойти навстречу, понять и услышать. А человек тянется к тебе. Хочет, чтобы ты пришёл, отдал ему часть своей души и принял часть его собственной. Он не понимает, почему ты считаешь его сволочью, не верит в это. Может быть, потому, что он вовсе не хотел тебе зла. А то, что он сделал против тебя, - случайность. Или стечение обстоятельств. Или неправильно сказанные слова. А может, он жалеет. Или хочет исправить. Но ты замкнулся и не хочешь слышать. Так проще. Быть может, ты когда-нибудь захочешь услышать. И вы вновь напоретесь на то, что разделило вас прежде. Или разорвёте замкнутый круг и пойдёте дальше. Или разойдётесь навсегда, потому что услышанное только утвердит тебя в твоих мыслях и решении. И ты подумаешь, что правильно не стал тратить душу в эту сторону. А он подумает, что напрасно тратил свою душу - на тебя. Кто знает. А потом, может быть, когда-нибудь кто-то будет считать сволочью - тебя. Ты не станешь тянуться, доказывать, что ты хороший, ты убедишь себя, что тебе всё равно. Пусть считает, ведь сам-то он... в глазах такого не стоит быть хорошим, это может только уронить. А может, всё будет по-другому... Но ведь ты уже сделал свой выбор, верно?