— Мне необходимо забрать Марио, но отец не отпускает меня. — Стелла стала делать движения, будто что-то пыталась поймать руками. — Мой отец… Он упал. Он не может подняться. Я пытаюсь его вытащить, но у меня не хватает сил. Я не знаю, что мне делать. Помоги мне, Господи. Отец слишком тяжелый. Я не могу поднять его. Где же Томми? Томми, помоги мне!
Бренда подождала, пока Стелла замолчит. Затем она попыталась опять:
— Стелла, что ты делаешь теперь?
— Я в холле, — сказала Стелла. Она дышала так тяжело, словно только что пробежала несколько миль. — Мне необходимо спасти Марио. Отец попросил меня сделать это. Он сказал, что сам поднимется наверх за матерью.
— Твой отец пришел в сознание?
— Да, — ответила Стелла. — Поначалу он чуть не задохнулся, но затем встал. С ним все в порядке. Он пошел за матерью.
— Где он? Ты его видишь?
Стелла повернула голову, будто и в самом деле пыталась рассмотреть в дыму отца.
— Кругом бушует огонь. Я не вижу его. Слишком много дыма. Я не знаю, что делать. Я слышу, как кричит отец, но не могу до него добраться.
— Где ты видишь огонь?
— Он уже у меня за спиной, — задыхаясь, произнесла Стелла. — Я не могу вернуться назад. Из окна подвала рвется огромный язык пламени. Я больше не слышу голос отца. Я даже не знаю, добрался ли он до второго этажа, или огонь… Нет, лучше не думать об этом. Мне нужно к Марио.
— Скажи, Марио зовет тебя?
— Я — в его комнате, но он все еще спит. Я кричу, но он ничего не отвечает. Мне придется его нести.
Стелла согнулась, а потом распрямилась, сложив перед собой руки так, словно несла что-то очень тяжелое. Несколько раз у нее подкашивались ноги, и она падала на платформу, но затем быстро поднималась. Ее рот был широко открыт, и она с шумом втягивала в себя воздух.
Бренда на секунду отодвинула от себя микрофон и обратилась к инженеру:
— А ведь вы и представления не имеете, что перед вами происходит.
— Правда? И что же в этом особенного?
— Эта женщина была сильно обожжена при пожаре, — сказала Бренда, — но она все же нашла в себе силы, чтобы вынести из горящего дома брата. Сейчас вы видите перед собой смелость и самоотверженность в их, так сказать, первозданном виде, Билл. Взгляните на это повнимательнее, потому что в наше время не так часто можно встретить истинную доблесть. — Она снова придвинула микрофон, зная, что еще секунда, ну, две — и ей придется заканчивать эксперимент. — Где ты сейчас, Стелла?
— У дверей кухни. Мне очень плохо, но я не остановлюсь. Ручка двери раскалена и жжет руку. — Из своего стеклянного куба Бренда видела, что Стелла дрожит всем телом. — Какой ужасный звук. Будто волк воет или ревет ураган. Марио не в себе. Я не могу его разбудить и попросить мне помочь. Кажется, все вокруг трясется и движется. Мы скорее всего погибнем. — Стелла сложила руки, как при молитве, но говорила слишком тихо, чтобы ее можно было услышать.
Они увидели, как в следующее мгновение Стелла вытянула руку и с искаженным от боли лицом рванулась вперед, а затем рухнула на помост.
— С тобой все в порядке? — спросила Бренда. — Ты что, споткнулась? — Но Стелла лежала на помосте, не шевелясь, и она поняла, что случилось нечто ужасное. — Черт, — только и сказала Бренда, нажимая на кнопку, отключающую всю систему. — Быстрее, Питер. Должно быть, она лишилась чувств. — Сорвав шлем с наушниками, она выскользнула из стеклянного куба и бросилась вниз по ступенькам. Бренда испугалась, что у Стеллы начался сердечный приступ.
Прежде чем она успела добежать до подруги, Питер Фрезер подхватил Стеллу на руки и понес к стоявшему в углу комнаты дивану.
— Возьмите несколько бумажных полотенец и намочите их, — приказал он одному из технических работников, затем нагнулся и приложил ухо к груди Стеллы.
— Она дышит? — спросила Бренда у Питера. Видно было, что она чрезвычайно напугана происшедшим. — Все это оказалось слишком болезненным для нее. Мне не следовало подвергать ее такому испытанию.
— Она дышит, — ответил Питер. — Хотя сердце ее бьется, как у загнанного животного, мне тем не менее кажется, что все о’кей. Она просто испугалась. Думаю, это всего лишь обморок.
Бренда взяла у техника мокрое полотенце и обтерла лицо Стеллы. Через несколько секунд та открыла глаза и обвела Питера и Бренду тусклым, каким-то отрешенным взглядом.
— Что случилось? — прошептала она.
— Ты потеряла сознание, — сказала Бренда. — Как ты себя чувствуешь?
— Ужасно, — ответила Стелла, пытаясь сесть. Она подняла глаза на Фрезера. — Должна вам совершенно определенно сказать, что это совсем не похоже на игру. Если ваши друзья полагают, что получат большое удовольствие, попав на этот помост, им следует обратиться к психиатру.