— Конечно, — кивнул официант, — сделаем все, как вы хотите, но только не говорите потом, что бифштекс пересушен.
Рэй нахмурился, когда официант унес его тарелку.
— Знаешь, я умею есть и разговаривать одновременно, — недовольно произнес он. — Тебе не кажется, что это детективное расследование чересчур тебя увлекло.
— Два ребенка погибли, Рэй, — ответила ему жена. — И не забудь, что двадцать три малыша пострадали. А мне казалось, ты меня поймешь…
Рэй положил подбородок на ладонь, опираясь локтем на стол. Ладно, не дуйся. Так чем закончилось твое расследование?
— Компания, которая продала землю под воскресную школу, была признана виновной, — заявила Джанет. — Судьи особенно упирали на то, что ее представители должны были знать о подземной воронке и ни в коем случае не выделять этот участок под строительство школы. А ведь земельные угодья были проданы довольно большие, Рэй, они стоили миллионы долларов. Разве этого не достаточно, чтобы заставить кое-кого задуматься?
— Кого же? — поинтересовался муж. — Что-то я ничего пока не понимаю, Джанет.
— Это потому, что ты плохо слушаешь, — бросила женщина. Она произнесла эти слова довольно громко, и кое-кто из посетителей даже оглянулся на нее. — Так вот, слушай меня, Рэй, внимательно. Виновны в катастрофе и смерти детей строители, а совсем не компания по развитию.
— Что ж, допустим, — ответил Рэй. — Но кто именно укладывал фундамент?
Искорки, вспыхнувшие было в глазах Джанет, исчезли.
— Я не знаю, — сказала она. — Я еще не так глубоко изучила это дело. Мне удалось выяснить название фирмы, которая занималась постройкой, но кроме нее в строительстве принимало участие множество субподрядчиков и, к сожалению, сведений о них в архиве нет. Компания «Литлфилд констракшн» прекратила существование вскоре после пожара, поэтому выявить тех, кто сотрудничал с ней, — дело не простое.
— Ты хорошо поработала, детка, — улыбнулся Рэй, знаком подзывая официанта, — но давай, наконец, поедим — ладно? Заодно я скажу тебе, как действовать дальше.
Гэлвстоун — это Мекка для туристов, особенно летом. Поток автомобилей заполнил автостраду номер 145, которая вела в Гэлвстоун-бей. Люди обоего пола и всех возрастов высовывались из окон автомобилей, переговаривались, пересмеивались, а их стереомагнитофоны вопили в полный голос, извергая рок-баллады.
— Уж лучше бы мы приехали сюда весной, — сказала Стелла, обращаясь к Бренде. — Сейчас здесь просто зоопарк.
Наконец машины снова двинулись, и они помчались по курортной зоне, застроенной гостиницами, ресторанами и магазинами, торгующими антиквариатом. Солнце садилось, и на небе полыхали яркие краски заката. Десятки парусных лодок и яхт виднелись на горизонте, все они двигались по направлению к гавани под тугими белоснежными парусами, овеваемыми вечерним бризом.
— Здесь есть то, чего нет в Далласе, — вода, — сказала Стелла, любуясь морским пейзажем. — Иногда мне и в самом деле не хватает океана. Знаешь, мой отец всегда хотел завести лодку. Его отец был рыбаком в Италии. У моего же была привычка по воскресным дням после мессы приезжать сюда, чтобы посмотреть, как яхты возвращаются в гавань.
— Нам нужно найти Шорлайн-драйв, — сказала ей Бренда. — На карте отмечены маленькие улицы или только главные магистрали?
— Сверни направо, — подсказала Стелла, наклоняясь вперед и всматриваясь сквозь ветровое стекло в очертания улиц. — Почти уверена, что эта самая Шорлайн-драйв должна показаться справа. Это одна из улиц, что ведут к гавани.
Приблизительно через двадцать минут они остановились у довольно скромного загородного домика и едва нашли место для своего автомобиля на пятачке, который еще оставался свободным от машин. Хотя дом был только чуть больше стандартного коттеджа, женщины сразу поняли, что Виктор Пилгрим заплатил за него изрядную сумму. Любая собственность такого рода вблизи воды стоит дорого, а сразу же за задним двором Пилгрима открывался великолепный вид на Мексиканский залив. По тротуарам во всех направлениях шныряли ребята на скейтах. Более взрослые парни степенно шли, придерживая серферы, которые они — по обыкновению — переносили, уложив на головы. Зрелые обитатели прибрежной зоны перетаскивали к лодкам рюкзаки с продуктами и вещами, необходимыми для путешествия по морю. Мимо промчались несколько машин, явно превышавших скорость, в них было полно не в меру возбужденных подростков.
— Веселятся напропалую, — хмыкнула Бренда. — Как думаешь, сколько человек здесь сбивают за год? Десять? Двадцать? А ведь большинство этих юнцов по закону не имеют права даже на покупку пива.