— Неужели ты не понимаешь, Джек? — сказала Стелла. — Мой дядюшка видел нас в полицейском департаменте, куда мы пришли за вещественными доказательствами, чтобы затем отправить их в лабораторию. Он узнал, что я снова появилась в городе. Одного этого оказалось достаточно, чтобы заставить его действовать.
— А потом вы отправились к Пилгриму, чтобы поговорить с ним, — продолжил ее мысль Джек Фитцджеральд, потирая правую щеку. — Пилгрим, должно быть, у него как кость в горле.
— Совершенно верно, — согласилась Стелла. — Полицейские, приехавшие по нашему вызову, сказали мне, что снайпер пользовался мощной винтовкой с оптическим прицелом. Я знаю, что такая же винтовка есть и у моего дядюшки. Я видела ее собственными глазами, когда заходила на днях к нему домой. Правда, я не могу утверждать, что это была армейская винтовка, но я заметила оптический прицел и то, что у винтовки очень длинный ствол.
— Однако этого явно недостаточно, чтобы выписать ордер на его арест, — резонно заметил Фитцджеральд.
— Почему же нет? — удивленно спросила Стелла. — Меня ведь вы арестовали, не располагая какими бы то ни было серьезными доказательствами. Не понимаю, почему теперь вы не можете арестовать моего дядю. Бренда пыталась распутать махинации, связанные с пенсионным фондом. Мы же не просим вас ввязываться в эту историю, не имея неопровержимых доказательств. Как только я получу данные, подготовленные Брендой, мы сможем возбудить явно беспроигрышное уголовное дело.
Фитцджеральд вскочил и полез в карман за очередной сигарой. Он уже было засунул ее в рот, но потом передумал и стал нервно вертеть ее в руке.
— Давай сделаем так: я пошлю туда своих людей, чтобы они все осмотрели. К тому же надо подождать результатов экспертизы криминалистов. Может быть, они найдут какие-нибудь стоящие улики в номере гостиницы.
— Сомневаюсь, — сказала Стелла и покачала головой. — Не забывай о том, что мой дядя был капитаном полиции. Если за этим стоит он, то все наверняка проделано очень чисто. Вы не найдете ни одной улики. — Заметив, что Джек Фитцджеральд собирается выйти из комнаты, Стелла остановила его. — Подожди, сделай же хоть что-нибудь для меня. Мне очень нужны эти металлические кусочки. Я хочу, чтобы ты помог мне получить их, поскольку их проверка мне просто необходима.
— Я не могу этого сделать, — сказал Фитцджеральд, снова засунув в рот сигару. — Ты же знаешь, что я не имею права распоряжаться вещественными доказательствами по делу об убийстве.
— Ты должен это сделать, Джек, — умоляюще произнесла Стелла. — Мне не известно, кто еще замешан в этом деле, кому я могу доверять. Эти куски оплавленного металла — для нас сейчас самые ценные улики. Если ты вернешь их Карлу Уинтерсу или кому-нибудь другому из полицейского департамента, то они могут снова исчезнуть. Кто знает, сколько людей замешано в эту историю? Насколько я поняла, к нему причастна даже Холли Оппенгеймер.
— Это совершенно нелепое предположение, — возмутился окружной прокурор. — В мошенничестве с пенсиями, если оно вообще имеет место, могут быть замешаны только сотрудники полиции. Почему ты решила, что к этому причастны мои люди?
— Уинтерс не относится к твоим сотрудникам, Джек, — решительно заявила Стелла. — Он полицейский. Один из тех, кто преследует меня все эти годы. Но если в этом деле замешан Уинтерс, то, следовательно, мы не можем доверять и Холли Оппенгеймер. Они очень тесно общаются в последнее время. Холли — очень завистливая и мстительная женщина. Она сделает все, чтобы обвинить меня.
— Гм, — промычал Фитцджеральд, обдумывая ее просьбу. — Ты просишь меня сделать то, что может скомпрометировать наше дело. Но меня смущает даже не это, а то, что я нарушу все инструкции.
Стелла возбужденно подскочила.
— Какое дело? — закричала она. — Дело против меня? Джек, но ведь никакого дела нет, как ты не можешь этого понять? Если я преступница, то почему же кто-то пытается убить меня? — Стелла сделала паузу и гордо вскинула подбородок. — Фитцджеральд, сегодня ночью стреляли в невинную женщину. Добавь к этому еще несколько смертей: моих родителей, Рэндалла. А теперь и новая жертва — Бренда Андерсон. Ее жизнь висит на волоске. Сколько еще потребуется трупов, чтобы ты наконец прозрел?
— Не надо говорить со мной таким тоном, — сказал он, гневно прищурившись. — Обвинения в убийстве пока с тебя не сняты, дорогая леди, независимо от того, что произошло сегодня ночью. Может оказаться, что этот злосчастный выстрел вообще не имеет никакого отношения к тем преступлениям, в совершении которых обвиняешься ты. Если человек занимается мошенничеством с пенсиями, то это еще не означает, что он убийца. У меня создается впечатление, что ты просто хочешь повесить это дело на нас и воспользоваться сложившейся ситуацией.