— Но ведь это будет только компьютерной моделью ситуации, верно? — спросила Стелла, не понимая, почему Бренда считает это такой большой проблемой. — Ты же не собираешься в действительности поджечь меня, чтобы заставить испытать то, что я пережила? Это было бы действительно настоящей травмой.
— Нет, разумеется, нет.
— Тогда я согласна.
— Ну, и отлично, — сказала Бренда. — В таком случае нам следует приступить к подготовке прямо сейчас. — Она достала из своего портфеля небольшой желтый блокнот и положила его на стол. — Давай вернемся к самому началу. Расскажи мне все, что ты помнишь о начале пожара. А самое главное — покажи мне фотографии своих родителей.
— У меня их нет, — грустно произнесла Стелла. — Я же говорила тебе, что все погибло в огне.
— Я подумаю, что можно предпринять, — задумчиво сказала Бренда, — и займусь этим сегодня же. Как только завтра утром закончится слушание в суде по вещественным доказательствам, мы вернемся в Даллас и договоримся обо всем.
Этот дом находился в аристократической части Хьюстона. Он был выстроен из красного кирпича, а в уютном дворе росли огромные вязы и кедры, превосходно укрывавшие его от палящего солнца. В девять часов утра весь фасад дома был еще темным, и создавалось обманчивое впечатление, что в доме никого нет. Свет горел только в комнате хозяйки, в удаленной части дома.
Холли вышла из ванной, туго повязав на голове полотенце. Она набросила на себя прозрачную рубашку и подошла к кровати, на которой лежал мужчина.
— Я же сказала, чтобы ты уходил. С минуты на минуту здесь появится мой бывший муж. Я не хочу, чтобы он увидел твою машину во дворе. Ему очень не нравится, когда я развлекаюсь с мужчинами в присутствии дочери.
Мужчина лежал, уткнувшись лицом в подушку. Его кожа блестела от пота, и от этого еще отчетливей были видны тугие мускулы.
— Ты что, глухой, что ли? — заорала Холли. — Ты же обещал мне, что уйдешь к тому времени, когда я выйду из ванны. Почему ты все еще здесь?
Он застонал, перевернулся на спину и уставился в потолок.
— Нам нужно поговорить, — сказал он с некоторым напряжением. — Я не могу сделать то, о чем ты меня просишь, Холли. Я не могу дать показания против моей сестры.
Ее лицо стало угрожающим.
— Ты сделаешь то, что я тебе сказала, — почти зарычала Холли. — Если ты этого не сделаешь, то в следующий раз будешь трахать уже своего сокамерника в тюрьме Хантсвилль. — Она откинула голову назад и неожиданно рассмеялась. От ее зловещего смеха Марио стало не по себе. — Нет, я, пожалуй, не совсем точно выразилась, — злорадно добавила она. — Это тебя будут трахать в этом заведении, милый мой. И можешь себе представить, какая при этом выстроится очередь.
— Господи, — воскликнул он, переворачиваясь на живот и снова пряча лицо в подушку. — Как только я мог связаться с сукой вроде тебя?
Холли подбежала к кровати и ударила его по заду.
— Ты сказал с сукой, да? — заорала она. — Я не покажусь тебе такой сукой после того, как на твою задницу накинутся крутые завсегдатаи тюремной камеры. Ты будешь там королевой бала, Марио.
— Ты невыносима, — сказал он, вскакивая и хватая брюки со спинки стула. Он быстро надел их и застегнул «молнию». — Тебя волнует только твоя карьера. Ты хочешь сделать себе имя за счет Стеллы. Холли наклонилась к нему.
— А ты, Марио? — с усмешкой процедила она, ухватив пучок волос на его груди и резко потянув его на себя. — Что нужно тебе? Щепотку кокаина, после которой ты взлетаешь на седьмое небо? Как же ты будешь устраиваться в тюремной камере, чтобы достигать этого блаженного состояния?
Марио оттолкнул ее.
— У меня есть возможность все честно рассказать, — пробормотал он, учащенно дыша, и оглядел комнату. — У меня нет уголовного прошлого. Это будет первое дело против меня. Меня задержали один-единственный раз, когда я был подростком, поэтому можно рассчитывать на то, что мне назначат испытательный срок.
— Эй, парень, — шутливо сказала Холли, — если хочешь поиграть в кости, попробуй. Хотя должна тебе сказать, что в Техасе не очень жалуют торговцев наркотиками, — добавила она. — Даю тебе гарантию, что ты окажешься в тюрьме. Кроме того, — продолжила она, — я сделаю все возможное, чтобы ты получил максимальный срок. А я почти всегда добиваюсь того, чего хочу. Надеюсь, ты правильно меня понял.
Марио подхватил рубашку и быстро просунул руки в рукава. Его лицо пылало от гнева и досады. Наконец ему удалось одеться. Не говоря больше ни слова, он быстро выбежал из комнаты, спустился в холл, а оттуда — во двор. Добравшись до своей машины, он мгновенно завел мотор и умчался.