- Это для начала разговора, - он положил клубни на край ближайшего стола. – А разговор будет долгий. Вот Джейн, моя ученица. Ей нужен спальный кокон – по вашему образцу и её росту.
…Джейн пришлось лечь на мостовую – с неё шнурком с узелками сняли мерки. Что за числа выкрикнул замерщик, она не расслышала – такое верещание стояло кругом. Подмастерья побросали работу и столпились за спинами мастеров – то ли суровые наказания тут были не в ходу, то ли что-то мало-мальски интересное происходило запредельно редко, и чёрт уже с ним, с наказанием… Хассек, вытряхнув на освободившийся стол все корни и пласты засушенных грибных плёнок, яростно верещал и показывал отогнутые пальцы. Двое мастеров показывали в ответ. Джейн молча пересчитывала их – Хассек пытался сбить цену с двенадцати неизвестно чего до восьми. На десяти оба мастера сцепили пальцы в замок, так же сделал и страж.
- Десять зверей с неё длиной – и головы и хвосты не в зачёт, - объявил один из торговавшихся притихшей толпе. – И все эти корни и просушь, что ты принёс. В обмен – спальный кокон для Джейн. Внизу – шкура водяного зверя, сверху – небесных, и снизу – подклад из тонкого войлока и пестряди. И ещё верёвка. Что же, стражи… Материал мы отложим. Но и ждать до дней Земли он вас не будет. Не тяни с оплатой!
- Идём, - сказал Хассек, повернувшись к Джейн. – Осторожно, навес!
…Ворота для них открыли без разговоров. Страж выбрался по извилистой тропе туда, где шипы стояли пошире, огляделся по сторонам, растянул между парой шипов мешок-«кастрюлю» и налил воды. На сброшенную подстилку лёг короткий разделочный нож, моток жёсткой толстой нити с костяной иглой, «термоэлемент» и его рукоятка. Ударив посохом по глине и накрыв стоянку мерцающим куполом, Хассек положил на ту же подстилку завёрнутый пласт – сушёные остатки вчерашней еды и – со вздохом – трубочки с пряностями.
- Это пока в сумку убери. И, когда сыпать будешь, не увлекайся. Я пойду охотиться, это надолго. Свари себе еды и про меня не забудь. Иногда будет прилетать немного добытого – не пугайся. Разделай и нанижи на нитку, между шипами подвесишь – на тёплом ветру просушится. Очистки бросай наружу. А чтобы всякое не лезло…
Он перехватил посох хвостовой клешнёй и развернул руку ладонью к земле. Джейн ничего не увидела, только ступни обдало теплом.
- Ещё раз покажу, - он взял в руку ладонь Джейн. Пульсирующий невидимый луч прошёл сквозь неё, откатился вверх к локтю и растаял.
- Повторить сможешь? Этот луч не убивает, но отгоняет. Как увидишь, что какая-то мелочь лезет к еде – сразу таким пучком в землю, а вверх уже само развернётся. Только не зевай – падальщики, они шустрые…
Джейн попыталась повторить. Хассек довольно ухмыльнулся и вышел из-под купола, оставив её наедине с «котлом» и «термоэлементом». Положить кость, как обычно делал страж, в этот раз было не на что… хотя – обрезок грубой нити сгодился, чтобы привязать её к шипу-опоре. Не успела вода закипеть, как под купол шмякнулись первые… существа. Хорошо, некрупные. «Потроха надо вынимать быстро,» - помнила Джейн, так что воде пришлось покипеть немного впустую. На запах крови тут же зашевелилась земля. Невидимый луч шевеление подавил, - но ясно было, что на земле добычу лучше не оставлять надолго…
…Когда вернулся Хассинельг, первый «суп» уже кончился, второй, из свежей добычи, доварился и остывал. Страж в мокрой одежде, с закинутыми на плечо сапогами, пропахший грибной настойкой (видно, чистил рубаху и обувь от крови), рухнул на колени у «котла», быстрым взглядом окинул девушку, развешенные и уже скукожившиеся полоски пёстрого мяса, сполоснутый и обсыхающий «термоэлемент», шумно выдохнул, втянул воздух, расплылся в ухмылке и выхватил черпак.
- Горячо же!.. – запоздало вскинулась Джейн. Хассек только хвостом махнул. Когда в «котле» осталась четверть, он опомнился, облизал черпак и отодвинулся.
- Тебе не мало оставил?
Джейн потёрла занемевшую спину. «Индюшиная ферма? Х-ха! Разделай-ка летучего моллюска… полсотни летучих моллюсков!»
- Ага, осталось кой-чего, - пробормотал Хассек, забирая у Джейн разделочный нож и клубок с иглой. Сейчас его больше интересовали нитки, хотя и ножик он осмотрел очень внимательно. По спине, от плечевого сустава к лопатке, в кожаной рубахе зияла прореха – кто-то рванул её зубами, да соскользнул со вшитых внутрь костяных пластин. «Это ещё и доспехи на нём?!» - Джейн вытаращилась на Хассинельга. Тот ловко пришивал обрезок кожи на повреждённое место. Закончив, прикрепил к нему маленький «скошенный» зуб, привязав его нитью за корень.