Когда она приподнялась на локтях, летучие тени уже таяли в небесных складках. Над головой реяли трилобиты… динокариды… короче, что-то странное, панцирное, крылатое, но, кажется, дружественное. Ещё выше грохотали барабаны, и ревели трубы. Джейн, собравшись с духом, посмотрела на «небо» - бывшую землю. Там в дымке среди плато, как на карте, виднелся длинный тёмный холмик, а в стороне от него – дымящийся кратер с неразличимыми останками. Вглядеться Джейн не успела – Хассек обнял её так, что затрещали кости.
- Сбили! Вдвоём против стаи! Сбили туун-шу, - пусть теперь скажут, что у тебя мало сил!
«А ведь красивый был зверь…» - что-то на мгновение заныло в груди. Джейн вывернулась, огляделась по сторонам. Чёрные существа в прочной броне повисли на выступах ракушки, уставившись на чужаков многочисленными глазами. Лёгкие «динокариды», выпустив хоботки, реяли вокруг. Из ниш и трещин медленно выползали Зелёные Пожиратели, - от них шло дружелюбное, даже радостное тепло. Из-под боковых уступов выглянули две здоровенные многоножки – чёрная и чёрно-белая. Хассек радостно вскрикнул и протянул им руку.
- Гед! Мин! Вы живы! И ракушка цела! Кьюссы теперь подумают, прежде чем к вам лезть!
Чёрный гигант дёрнул усиками и прикусил посох стража. Навершие вспыхнуло множеством цветов. Хассинельг посерьёзнел, с досадой покосился на новые прорехи в «бронежилете» и протянул руку к «трилобитам» покрупнее – чёрным с волнистым голубым орнаментом.
- Ты прав, Гед. Нам надо вниз. Кристаллы могли уцелеть. Скаф, Цап, вы спустите нас к мёртвому зверю?
Джейн ошалело встряхнула головой. «Так он всё-таки умеет говорить на их язы…» В следующую секунду на её плечах и боках осторожно сомкнулись лапы-крючья. Это существо никогда не ходило по земле, да и в принципе не могло, как и летучие «динокариды», - оно могло вцепиться во что-то, могло оттолкнуться… и, против всех законов физики, могло летать. И сейчас, крепко держа Джейн и Хассинельга, двое «трилобитов» взлетали вертикально вверх. Девушка зажмурилась чуть позже, чем небо поменялось местами с землёй, - и мутить её перестало только на твёрдой поверхности. Хассинельг уже радостно махал свободной рукой воинам-гиенам на спине «живой горы» - «склон» сааг-туула нависал над путниками, и его длинную «вершину»-горб Джейн видела, лишь запрокинув голову. Зверь спокойно смотрел на них глазами, растущими из боков. Из-под приподнятых пластин его панциря выглядывали «гиены»-Джагулы… с фиолетовой шерстью и красными руками.
- Спокойно! – Хассек успел схватить Джейн за локоть. Зелёные кольца на руках угасли.
- Это племя Хеллуг, они почти сбили зверя Кьюссов… Ар-рау! Вождь Ваджег! Вождь Урджен!
- Ар-рау! Страж Хадзиг, гроза Кьюссов! – отозвался, соскальзывая по броне с загривка на плечо сааг-туула, кто-то из названных – в накидке то ли из чешуи, то ли из перьев поверх тёмно-синего наборного панциря. Из шлема – вполне функционального, с кольчужной бармицей – торчали вразнобой чьи-то клыки.
«А кузнечное дело-то у них на высоте…» - Джейн оставила на время попытки понять, чем стреляли по ракушке, и чем подбили второго туун-шу… может, тем же, чем и первого?
- Это Джейн – гроза Кьюссов! – Хассек, ухватив её за руку, подтолкнул вперёд. – Воплощённое пламя ярости! А я, по мере сил, её наставляю… Стой!
Он резко развернулся к останкам туун-шу. Джейн сглотнула комок. Гигант, ударившись о гравий, выбил в нём широкий кратер, но и сам треснул по всем направлениям, залив остатки брони, торчащих полых костей, каких-то конструкций внутри них синей кровью. Панцирь раскололо так, будто к каждому сегменту прикрепили по мине – и они сдетонировали… и внутрь, похоже, взрывчатки напихали не меньше. Над останками дрожал широкий белый купол. Джагулы, уже подошедшие к кратеру, остановились у «границы» и оглянулись на стража.