- Если б попался зверь с широкими костяными пластинами… - вздохнул Хассинельг, проводя светящимся посохом вдоль ног Джейн. – Те, что прилетают, мелковаты.
- Чем дольше крутится воронка, тем крупнее… дичь, - заметила девушка, вынимая охотничье снаряжение; расставлять сети ей пока не доверяли, выходить из-под купола – тоже, но разрешили порыться в гравии одним из колышков – только всё найденное показать стражу. – Если ещё подождать – может, прилетят крупные?
- Они-то прилетят, - согласился Хассек. – Но то, что крупнее меня… лучше не звать тех, кто примет тебя за добычу!
Джейн вспомнила рассказ о «туун-шу», живых самолётах Кьюссов, и решила, что Хассинельг прав и в целом не глуп. Как и местные – иначе бы не выжили.
Хассек вернулся довольным и показал Джейн буро-зелёные шипастые шары с кулак размером.
- Куджагла! Нашёл в мёртвом дереве. Только… смотри, чтоб я после неё в общую еду ничем не лез. Ни ножом, ни ложкой. Руниен говорил – для людей это смертельный яд!
Напоминать не пришлось – Хассинельг покромсал куджаглу в отдельный мешочек из гзеша (прочные и тонкие бурдючки, похоже, с сарматской станции разбирали все, кто мог, - на Равнине ничего такого не было) и залил горячей водой со шкурками «ручейных» грибов. Нож прокаливал над огненной пластиной, пока лезвие не начало багроветь по краям.
- Сейчас я всё размешаю, - страж, закончив с очисткой ножа, покосился на зелёное свечение из-под рукавов Джейн, - и пойдём учиться. Хорошо, сегодня день нисходящей стихии, - не то тебя на каждом привале пришлось бы вытряхивать!
…Камешек на верху маленькой горки взметнулся паром. Джейн била с двух рук – и это было первое попадание.
- Ну вот, - Хассинельг довольно улыбнулся. – Когда лучи наружу не рвутся, попробуем что посложнее. Ну например…
Он, перехватив посох хвостовой клешнёй, провёл ладонью по кругу. На земле проступила светящаяся зеленоватая дуга.
- Световые штучки – несложные. Только нужна осторожность. Смотри, ты не выталкиваешь луч вон, а даёшь ему медленно стечь – и стряхиваешь, как капли воды с пальцев. Попробуй!
«Стечь… капли воды…» - Джейн махнула рукой в сторону горки камней. Луч, ударивший из ладони, оставил обугленную полосу на гравии.
- Эррх! – Хассинельг придержал её за предплечье. – Ты всегда будто бьёшь наотмашь. А тут надо плавно. Вот представь – свет течёт по руке…
Джейн честно попыталась. Даже получилось. Хассек вёл её руку, и на гравии проступал световой пунктир, прерываемый обугленными точками.
- Вот так, почти вышло…
На шестой раз он рискнул отпустить её руку. Джейн снова попыталась представить себе текущий свет и красивый узор на гравии. «А проку от него против кристаллоидов?!» - сверкнуло вдруг в мозгу. В следующий момент перед ней дымился кратер метровой ширины, а она, шатаясь, оседала на землю. Хассек оттащил её на подстилку – отпаивать отваром курруи.
- Ведь почти же получалось… - он, кажется, расстроился раз в десять сильнее.
- Это всё я, - Джейн уставилась в гравий. – Не надо было думать о кристаллоидах!
На кончиках её пальцев выступил зелёный свет. Хассек быстро сгрёб её руки в широкую ладонь, накрыл другой.
- Не надо! Это ты уже берёшь из себя. Так делать – быстро сгоришь. Джейн, мы же не в бою. Мы учимся. Для чего тебе столько яростных мыслей? Я не так что-то делаю? Что тебя успокоит? Не будет проку, пока ты рисуешь, а думаешь о бое. Есть лучи для битвы, есть для красоты, есть для ясного зрения… для речи даже есть! У нас тут некоторые говорят лучами…
- А я пробовала, - Джейн вспомнились Зелёные Пожиратели и их сигналы. – Даже получалось. И голове было легче. Но там не было кристаллоидов… и захваченной станции, и всего вот этого!
Страж склонил голову, задумчиво глядя на посох. Внутри навершия раскалённые красные и холодные зелёные вспышки быстро сменялись чернотой.
- Попытайся всё-таки думать не обо всём сразу. И у нас тут, и у тебя там… бывало же и хорошее! Может, о вкусной еде. Или о купании – тебе же нравится купаться? Мы завтра найдём хороший ручей, помоемся…
- Серьёзно?! – Джейн на секунду забыла и о кристаллоидах, и о захваченной АЭС. В одном и том же белье она ходила уже четыре дня, и те же четыре умывала только руки и лицо – на большее воды не хватало, Хассек набирал только-только на готовку, а к родникам не пускал. Страж, внимательно глядя на неё, махнул хвостом.