Покончив со знакомством, Писемский принялся прощупывать гостей.
— Максим, ваша мать работает в местной медицинской коллегии? — поинтересовался Семён Терентьевич, подливая чай в чашку Ключникова.
— Да, уже двенадцать лет.
— И как у неё дела на работе? Наверно, за это время она уже добилась повышения?
— В начале года перешла в новый отдел, работает помощником руководителя в отделе по контролю лекарственной продукции.
— Славно, славно… — протянул мужчина и переключил внимание на Мокроусова. — Артём, рад, что вы нашли возможность прийти на эту встречу. Примите соболезнования в связи с кончиной вашего отца. Это большая потеря для всех нас… Но спешу вас уверить, Мокроусовых помнят в обществе целителей, и это накладывает на вас серьёзные требования. От вас ожидают, что вы, как минимум, повторите успех Петра Афанасьевича.
Похоже, у меня начинает складываться картина происходящего. Ключников здесь оказался благодаря его матери, работающей в медицинской коллегии. Мокроусов получил приглашение за счёт знаменитого на всю губернию отца. Тихомирова — потому как она в молодом возрасте уже старший целитель, а с поддержкой отца Катю ждёт большое будущее. Маевская, судя по всему, оказалась в числе приглашённых за своё смазливое личико и выдающиеся формы. Вопрос оставался лишь в том, как здесь оказались я и Анисимов.
— Родион, я слышал, на днях ваш отец заключил выгодное соглашение с компанией «Диадема» на поставку лекарственных трав и открыл ещё одну лавку в Градовце? — поинтересовался Семён Терентьевич.
— Всё верно, господин Писемский, — вежливо и словно стесняясь, ответил парень. — На той стороне реки остро не хватало лавки травника, мы посовещались с градоначальником и приняли решение открыть четвёртую лавку.
Мы? Как будто, парень принимал участие в этом процессе. Хотя, не удивлюсь, если отец Родиона посвящает парня в свои планы и готовит его стать если не преемником, то хотя бы советником.
— Цезарь перешёл Рубикон, а вы перешли Светлицу, — пошутил Семён Терентьевич. — Теперь у Анисимовых нет иного пути, как достичь успеха и стать владельцами самой популярной сети лавок травника в Градовце. К слову, я пользуюсь услугами вашей сети в частном кабинете, так и передайте своему отцу.
— Непременно, господин Писемский, — ответил парень, вежливо кивнув.
В это время подали закуски, и разговоры на время прекратились. Интересно, за чей счёт это празднество? Неужели Семён Терентьевич решил расщедриться и платит со своего кармана за наше застолье? Если так, то в чём-то у него должна быть выгода. Постепенно мы разговорились, но я видел, что не все чувствуют себя комфортно за столом. Тихомировой было неуютно в компании молодых людей, которые на четыре-пять лет были моложе. И потом, Маевская решила выяснить кто здесь главный и всеми силами привлекала к себе внимание. Разумеется, состоявшейся старшей целительнице это было неприятно и она бросала гневные взгляды на молодую выскочку. Ключников с Мокроусовым наперебой расхваливали Маевскую, а Родион молчал и лишь бросал испуганные взгляды на парней. Писемский наблюдал за происходящим со стороны и не вмешивался в разговор. Кажется, он специально заварил эту кашу, чтобы выяснить кто чего стоит.
— Господа, предлагаю немного остудить ваш пыл и сделать перерыв на чашечку горячего чая или какао, — примирительно заявил целитель, хлопнув руками по столу.
Тихомирова выскользнула в уборную, Анисимов сослался на сильную занятость и откланялся, а мы встали из-за столика, чтобы сделать пару памятных фотографий.
— Максим, а вы присмотритесь к Маевской, — неожиданно заметил Семён Терентьевич, отойдя с парнем в сторону. — Девушка она видная, долго без пары не останется. Но можете поверить моему опыту, у неё большое будущее.
— Благодарю, Семён Терентьевич, но у меня уже есть дама сердца, — вежливо парировал Ключников.
— Вы женаты?
— Нет, конечно!
— В таком случае, ещё не поздно сделать правильный выбор, Максим. Жизнь слишком коротка, чтобы проживать её не с теми людьми. Доверьтесь старику, я всё сделаю.
Писемский отошёл от Макса и направился прямиком к Ольге. Девушка слушала Семёна Терентьевича с открытым ртом, а потом перевела взгляд на Ключникова. И я был готов поспорить, что увидел в её взгляде неподдельный интерес.
Да ладно, даже мне стало интересно, чего же ей наговорил Паук, что она обратила внимание на Ключникова. Но выяснять нет времени. Если она попытается охмурить Макса, этот болван может и клюнуть, и тогда Марине будет больно. Я просто обязан помешать этому и разрушить планы Писемского.