Духовник показался мне милейшим человеком, но я не поддавался первому впечатлению. Если будет нужно, этот человек применит свою силу. И сделает это так, что мало не покажется.
— Снимите защитный артефакт, — попросил духовник, но сделал это таким тоном, что стало ясно: если я не сделаю это сам, мне помогут. — Вообще странно, что вы носите его на себе. Вам есть что скрывать?
— Привычка, — ответил я. — Появилась после того, как один аристократ с даром духовника едва меня не прикончил.
— Брюсов-младший, полагаю? — хитро сощурился мужчина. — Да-да, припоминаю тот случай. Но вы проявили великодушие и позволили сынку градоначальника выйти сухим из воды. Надеюсь, он вам хорошо заплатил?
— Достаточно, — ответил я, сам того не ожидая. Оказывается, духовник отвлекал меня пространными разговорами, а сам медленно ломал ментальное сопротивление, чтобы мягко подавить волю и получить нужные ответы. Да, я к такому не был готов. Брюсов использовал дар жёстко и бесцеремонно, а тут я даже напрячься не успел, как проиграл. Хотя, в любом случае сопротивляться было глупо.
— Вы знали кто был вашим пациентом? — задал прямой вопрос духовник.
— Нет, — ответил я, прежде чем успел понять что происходит.
— Тарасов посвятил вас в детали своего плана?
— Нет.
— Вы знали, что помощь требуется человеку, которого преследует служба имперской безопасности?
— Нет.
Духовник вздохнул и продолжил чуть мягче.
— Позвольте я возьму вас за руку и сам увижу детали того, что случилось.
Разумеется, я никак не мог сопротивляться просьбе духовника, потому как каждую свою просьбу он сопровождал потоком ментальной энергии, лишающей меня всякой попытки сопротивления.
Я почувствовал прикосновение, закрыл глаза и погрузился в состояние транса. Перед глазами то и дело вспыхивали яркие моменты моей жизни — мои первые впечатление, когда я только попал в этот мир, распределение, путешествие в Градовец, смерть пациента после трансплантации печени, переход в новую больницу, операция Радимову, знакомство с Лерой…
— Так бывает, — откуда-то издалека послышался голос. — Я стараюсь настроиться на нужное мне воспоминание, но для этого нужно пробиться через более мощные.
Интересно, а он может читать мои мысли и чувства в этот момент? Я так понимаю, воспоминания о прошлой жизни ему недоступны, иначе он бы непременно захотел порыться в них. И вообще, могу я как-то закрыть определённые воспоминания от внимания духовника? Есть вещи, которые я не хотел бы показывать ему.
Не успел я настроиться и собраться с силами, чтобы закрыться, как в памяти всплыли события той ночи, когда Тарасов оказался на пороге моего дома. Духовник внимательно изучил каждую деталь, и только после этого ослабил давление и позволил мне взять под контроль свои мысли. К тому моменту у меня жутко раскалывалась голова.
— Не волнуйся, скоро всё пройдёт, — попытался успокоить меня духовник. — Ты целитель, так что легко справишься с последствиями. Но сегодня лучше отдохнуть. К слову, предлагаю комфортабельные апартаменты на Северной. Трёхразовое питание, ежедневные прогулки и занятия полезным делом.
— Благодарю, мне и в отделении есть чем заняться, — ответил я, массируя виски. На Северной улице располагались знаменитые камеры для преступников, которые дожидались приговора. Там размещали не обычных воришек, а врагов государства, которых ждала каторга, переселение или казнь. Правда, император Михаил отменил смертную казнь ещё двадцать пять лет назад, но в текущей ситуации не удивлюсь, если её вернут.
— Это уж нам решать, — ответил духовник. — Вы считаетесь соучастником преступления, потому как не сообщили о беглеце. Я могу заключить вас под стражу, но учитывая вашу специальность и острую нехватку целителей, попрошу дать подписку о невыезде из города. Через неделю состоится заседание комиссии, на котором будут решать вашу дальнейшую судьбу.
Да уж, Тарасов натворил делов. И сам получил статью, и меня за собой потащил. Причём, вышло-то всё как-то нелепо.
Дверь распахнулась, и внутрь заглянул Радимов. Заведующий даже не посмотрел на меня, а обратился сразу к сыщику.
— Господин Образцов, могу ли я забрать Дорофеева? У нас чрезвычайная ситуация, везут пострадавших после столкновения парохода с опорой моста. Готовим операционные, а каждый целитель на вес золота.
— Разумеется! Не смею задерживать вашего целителя, — заулыбался мужчина, протягивая мне заполненный документ, где мне оставалось всего лишь поставить подпись.
Радимов вышел из кабинета, а я так и не успел увидеться с ним до попадания в операционную. Но внутри Егора Алексеевича не оказалось, а меня ждали Сарычева и Анисимов. Мне показалось, что заведующий намеренно избегал встречи со мной. Интересно, боится за свою репутацию, или считает меня бунтарём? Пришлось временно выбросить мысли из головы, потому как нам привезли первого пострадавшего.