— Впечатляет, — похвалил я.
По сути, данному практику даже не требовалась моя помощь, чтобы докупить ещё пару навыков, и, пролистав журнал, я убедился, что таких немало. В конце концов, после захвата Змеиной Горы я пожертвовал сто тысяч очков, на которые пятьсот рабов закупили по паре навыков на свой вкус. Правда, тем, кто находился в резерве, ничего не досталось, а кто-то явно проигнорировал рекомендации — или умудрился погибнуть дважды.
— Ещё бы! — Кара села на край стола. — Я не спала всю ночь, чтобы выполнить ваш приказ, хотя предпочитаю не спать… совсем по другим причинам!
— Вижу, у тебя от усталости на разных страницах даже почерк разный, — оценил я «жертву». — Кстати, ты же вроде утверждала, что не умеешь писать?
— Я говорила, что не умею читать — это другое!
— То есть ты теперь не сможешь прочитать, что тут написано?
— Почему не могу? — фальшиво удивилась Кара. — У меня хорошая память — я всё запомнила, ещё когда писала!
Я закрыл тетрадь и смерил девушку скептическим взглядом — работа была выполнена отлично, но, само собой, чужими руками. Что, в общем-то, было правильно, особенно если она отчёт не просто принесла, а предварительно хотя бы прочитала.
— Сколько противников убил Хань?
— Около полусотни, — небрежно помахала она ладонью. — Это я помню, но вообще, мне всё равно нужно видеть текст перед глазами — иначе память может и подвести!
— Прямо магия какая-то, — хмыкнул я. — Тогда давай попробуем иначе: есть что-то, требующее моего высочайшего внимания?
— Сложно сказать. Если говорить о списках, то у многих, как ты наверняка заметил, есть парочка навыков или возможность закупить их за свой счёт.
И это хорошо, поскольку помимо рабов, в моём подчинении находилось ещё шестьсот бойцов из экипажа Небесного Зверя. Точнее, уже поменьше, потому что часть из них погибли, не имея нужного комплекта навыков.
— Не у всех.
— Да, около сотни практиков не сумели убить ни одного противника, — согласилась Кара. — В основном неудачники, которым не выдалась возможность поучаствовать в боях. В то же время на счету некоторых, наоборот, — десятки сражённых врагов…
— Десятки… — оценил я. — И каким образом они их получили?
— По-разному, но несколько из них — пулемётчики.
Да, огнестрельное оружие давало возможность даже слабым практикам себя проявить, но, пролистав тетрадь, я убедился, что таких чемпионов было… многовато. Впрочем, пока акцентировать внимание на этом я не стал.
— Раненые?
— Целителей у нас теперь достаточно, так что остались только тяжелораненые в картах. Остальных уже поставили на ноги, и они будут присутствовать на церемонии награждения.
— Гости?
— Большей частью уже прибыли и расселены по комнатам. Проблем с местным персоналом после того, как я с ними поговорила, тоже не замечено. Кстати, тебе понравились служанки, которых я послала в купальню?
— Да, особенно та, что тёрла мне пятки — настоящая мастерица.
— Только пятки?
— Ты начинаешь меня раздражать.
— Простите, господин, — девушка спрыгнула со стола. — Тогда я должна сообщить, что церемония начнётся в полдень. И у нас есть ещё примерно полчаса, чтобы ммм… изучить бумаги поподробнее?
— Ты же не рассчитываешь, что это сработает?
— Нет, но попытаться стоило.
— Иди и поспи — у тебя как раз есть на это полчаса.
— Вы правы, господин, — поклонилась Кара. — Пойду найду Ханя, а то что-то напарник в последнее время не уделяет мне должного внимания. Ещё немного, и я заподозрю, что он получил тяжёлую рану, о которой стесняется мне сказать!
Дверь хлопнула, оставив меня одного, и я на мгновение даже посочувствовал самозванцу в теле старого демона. И, возможно, немного позавидовал. В любом случае, Кай или Хань, с проблемой он справится, а мне ещё нужно немного поработать с бумагами.
Ненавижу бюрократию…
27 ноября 2024 года, полдень
Некоторые вещи можно делегировать, а другие — нельзя, и когда речь идёт о награждении подчинённых, то проводить его лучше собственноручно. Или, с учётом масштабов предстоящего мероприятия, по крайней мере собственнолично. В качестве живого напоминания о том, к кому именно воины должны испытывать благодарность.
И тронный зал, при всех своих достоинствах, для церемонии награждения подходил слабо. По той простой причине, что мне требовалось собрать не только моих последователей, но и тысячи зрителей, которые должны были засвидетельствовать мою щедрость, справедливость и, возможно, ещё какие-нибудь достоинства.