— Ты голодный?
— Был бы не против что-нибудь съесть.
— Тогда я прикажу принести нам обед, — предложила Ева. — Ну а ты пока можешь принять душ.
— Спасибо, — поцеловал её я. — Пожалуй, так и сделаю.
— Кое-что мне известно, но расскажешь подробнее, как прошла битва?
— Конечно.
Возможно, времени у меня было немного, но я в любом случае собирался выделить несколько часов на общение с женой. Ева заслуживала знать ситуацию из первых уст — ведь ей, в числе прочих, предстоит разгребать последствия.
Ашу: тебя мучает совесть?
Василий: немного.
Тем более, с момента зачатия прошло уже почти пять месяцев, живот был уже отчётливо виден и ей стоило бы себя поберечь. И себя, и нашего будущего сына.
Ашу: ты её любишь?
Василий: да.
Хотя правильный ответ был сложнее, но если вдаваться в подробности, то звучать он будет гораздо менее убедительно.
Ашу: и правильно. Ева — хорошая девушка, но одна жена — это ненадёжно. В будущем тебе стоило бы завести себе ещё несколько!
Василий: у меня на одну-то жену времени не хватает, а если их будет десять, то я вскоре обзаведусь ветвистыми рогами.
Ашу: не ешь так много кальция, и всё будет в порядке!
Василий: очень смешно. С чего бы это ты завела такие речи?
Ашу: просто думаю на перспективу — когда я вырасту и обзаведусь физическим телом, то мне тоже нужно будет найти себе мужа!
Василий: вот когда вырастешь — тогда и обсудим этот вопрос.
Ашу: поймала на слове!
Самое забавное, на этот раз я даже не был до конца уверен, шутит предок или всерьёз настроена обзавестись физическим телом и начать обустраивать личную жизнь. Но сейчас мне было на это плевать — пять минут под струями горячей воды смыли с тела грязь и доставили огромное удовольствие. Пусть даже Ева на этот раз ко мне и не присоединилась.
Ашу: можно уже открыть глаза?
Василий: нет.
В прихожей меня ждали чистые полотенца, свежее бельё и новая одежда, которая оказалась несистемной копией моего жреческого халата. Так что менять одежду я не стал, предпочтя очистить собственную, ненадолго поместив в карту. И, после того как я помылся, побрился и оделся в чистое, почувствовал себя совсем другим человеком. Ну, или полубогом, не суть важно.
Ашу: а теперь можно?
Я лишь хмыкнул и вернулся в столовую, где меня ждал стол, заполненный любимыми блюдами, и Ева, успевшая переодеться к праздничному обеду. Правда, с пищей мы расправились быстро и вскоре перешли в кабинет, где я передал жене приготовленные бумаги и поведал о событиях последних дней. Без лишних подробностей, которые могли заставить её волноваться, но она без труда дорисовала оставшееся за кадром.
— Ты едва не погиб…
— Не преувеличивай, — попытался успокоить я. — Было опасно, но это был контролируемый риск.
— Не до конца контролируемый риск?
— Неплохое определение…
Забавно, но информацию о королевском титуле Ева практически проигнорировала — с определённого уровня такие вещи перестают иметь особое значение.
— Иначе говоря, ты едва не погиб несколько раз, — резюмировала Ева. — Судя по тому, что я слышала от Лизы, там была настоящая мясорубка…
— Битва была тяжёлой, — признал я очевидное. — Вот только мы в ней были скорее ножом, чем мясом.
— Вот только и зазубрин на нём немало. Во сколько ты оцениваешь наши потери?
— Сложно сказать точно. Если брать войска Земного Доминиона, то речь идёт о миллионах погибших, а если учитывать только землян, то… полагаю, несколько сотен тысяч? Без учёта раненых…
— Чудовищные цифры.
— Наши враги сильны, — вздохнул я. — И, при иных обстоятельствах, всё могло бы пройти гораздо хуже.
Если бы мы не нейтрализовали наместников, то вряд ли бы сумели так быстро подавить сопротивление, а без союза с хранителями не сумели официально взять под контроль внешние территории. И, даже одержав победу, шансов противостоять бессмертным бы не имели. Оглядываясь назад, я прекрасно вижу, по сколь тонкому лезвию мы прошли. И впереди дорога ничуть не легче.
— Да, ты прав, — согласилась Ева. — Многие из наших погибли?
— О судьбе Зулу ты ведь уже в курсе?
— До сих пор не верится.
— Тем не менее, это так, — вздохнул я. — Кстати, вы уже отправили весть о случившемся королевской семье?
— Нет, — покачала головой Ева. — По той же причине, по которой и не объявили о победе. Решили дождаться, пока его истинная смерть не будет подтверждена.