— Де… вятая…
— Вы сражались с девятой?
— Да…
— Девушка с копьём, верно? — уточнил я. — Куда она пошла?
— Кххх…
— Эй, парень, не умирай! Да погоди ты!
К сожалению, несчастный не пожелал облегчать мою работу и, дёрнувшись последний раз, отправился на перерождение. В данном случае — в буквальном смысле этого слова. В наследство же мне досталась очередная связка жетонов, самый ценный из которых нёс на себе номер девяносто девять. Похоже, на моих руках умер очередной гений? Ну, или убийца гения. Осталось только найти того, кто это с ним проделал…
Ашу: и ты действительно хочешь найти того, кто убил столько людей?
Василий: в первую очередь я хочу найти дорогу. Ну и во вторую — проверить одну теорию…
Ашу: тогда ты на правильном пути — впереди целая куча отметок.
И обходить их по дуге я вновь даже не подумал, выйдя к месту очередной схватки. Восемь отметок — и восемь трупов, включая двух женщин. Впрочем, ни одна из них не была девятой и, хотя у каждой нашлась связка жетонов, но ни одного с номером ниже сотни.
Ашу: если бы у тебя не было кольца, ты бы уже весь ими обвешался!
Василий: не преувеличивай…
Тем не менее, жетонов было столько, что я уже не пытался снимать их аккуратно, а просто перерезал шнурки и закидывал в пространственный артефакт. И, хотя девятую я так и не нашёл, но обнаружил в одном из трупов копьё — весьма похожее на то, которым пользовалась во втором раунде одна безымянная девушка.
— Кххх…
Я наступил на тело и вырвал копьё, а когда умирающий дёрнулся, вонзил вновь, избавляя от мучений — в любом случае, это была уже лишь агония. Копьё, между тем, находилось в хорошем состоянии — и если хозяйка его оставила, то находится где-то рядом. И, скорее всего, в состоянии куда худшем, чем брошенное оружие. Интересно…
Василий: ну что — куда дальше?
Ашу: не знаю — трупы поблизости закончились.
Искать в темноте следы — гиблая затея, но я поступил иначе, описав широкий круг вокруг места битвы. Положившись на «комариное чутьё», я ощутил другого носителя практически на грани восприятия. И направившись к нему не прогадал — лес внезапно расступился, переходя в поросшую высокой травой равнину, за которой проступала громада священной горы. Именно по её склонам сейчас поднимались те, у кого ещё оставался шанс пройти в четвертый раунд. И сложно сказать, оставался ли такой шанс у меня?
Ашу: а ты знаешь, сколько у тебя осталось времени?
Василий: нет, но думаю — очень немного.
Даже меньше, чем сил, которые тоже были на исходе — отравление, раны и долгий переход сожрали большую часть ресурсов организма. И, пусть я готов был идти до последнего, тело было вымотано до предела. Впрочем, сейчас меня интересовала не гора, а куда более близкая цель, до которой оставалось всего несколько метров.
Вдоль границы леса были вкопаны высокие межевые камни и, обойдя один из них, я повернулся, увидев сидящую спиной к нему девушку, с ног до головы покрытую кровью. В ней было сложно узнать мою мимолётную знакомую, однако я не сомневался, что это она. И пусть я не мог разглядеть в темноте всех подробностей, пусть большая часть крови принадлежала врагам, но не требовалось обладать глубокими познаниями в медицине, чтобы понимать главное — девятая умирала.
И, в то же время, была ещё жива…
Глава 23
Имя
Уровень культивации: стадия конденсации ци
Ступень: 10
Несмотря на то, что девятая оставила «дедушкино копьё» в трупе, без оружия она не осталась — в пространственном хранилище нашлось запасное. И тот факт, что девушка не держала его в руке, а оставила прислонённым к тому же камню, ничего не значил — схватить оружие можно практически мгновенно. Так что разговор я начал издалека, в прямом и переносном смысле этого слова.
— Привет, — произнёс я. — Похоже, ты была права — погода сегодня не очень. И, вижу, ты всё же попала под кровавый дождь?
Девушка никак не отреагировала на слова, должные напомнить о нашей прошлой встрече, и, судя по всему, находилась без сознания. Или очень хорошо притворялась, подманивая поближе — на дистанцию смертельного удара.
— Сказал бы, что ты хорошо выглядишь, — произнёс я, делая шаг. — Но не люблю врать — выглядишь ты откровенно паршиво…
Рука девушки метнулась к оружию, ладонь сжала древко, но медленно, слишком медленно — секунда или даже две.