— Разве из нас не извлекут комариных тварей? — спросил кто-то.
— Конечно нет, — хмыкнул старик. — Чуть позже вы получите технику контроля насекомых, при помощи которой получите шанс подчинить комариную тварь. Если справитесь — станете внутренними учениками нашего отделения секты Небесного Дьявола!
— А если нет — умрём?
— К моему сожалению — не обязательно, — сказал Сунь Лаоцзэ, медленно обводя взглядом толпу. — Если кто-то из вас поймёт, что не справляется, то может обратиться к любому из старейшин! Возможно, среди вас найдутся желающие отказаться от дарованного сектой шанса? Нет?
— Нет, старший!
— В таком случае приступим к раздаче пилюль. Ты — займись!
Страж достал из воздуха шкатулку и метнул её одной из девушек, переложив задачу по раздаче пилюль на чужие плечи.
— Да, старший…
И новоявленная ассистентка направилась между учениками, позволяя каждому взять по одной пилюле. Случайно или нет, я оказался последним — и, когда уже потянулся за пилюлей, девушка захлопнула шкатулку.
— Извини, брат, но там осталась последняя пилюля. И она — моя!
— Каждый должен получить пилюлю.
— Однако их сто тридцать шесть, а не сто тридцать семь. Если тебе нужна пилюля — обратись к почтенному стражу с просьбой!
После чего шагнула назад и повернулась спиной, уходя прочь и явно провоцируя отобрать пилюлю силой — однако простые решения не всегда оптимальны.
— Почтенный страж! — громко произнёс я. — Прошу выдать мне положенную пилюлю!
— Неужели тебе не хватило?
Сунь Лаоцзэ изобразил сочувствие, но сделал это так неумело, что со всех сторон раздались злорадные смешки — все прекрасно понимали, что пилюль оказалось меньше не случайно.
— Не хватило, старший.
— Печально. Тогда почему ты не отобрал её у того, кому хватило?
— Правила запрещают атаковать соперников вне испытаний, — не смутился я. — Но, если вы дадите разрешение, то я заберу себе одну!
— Боюсь, это будет затруднительно — пилюли уже съели, — развёл руками старик. — И, кажется, у меня они тоже закончились…
— Ничего страшного, — улыбнулся я. — Времени прошло не очень много и, уверен, если разрезать кому-нибудь живот, то пилюля наверняка окажется ещё целой!
Простые слова, однако я сумел произнести их достаточно уверенно, чтобы смешки затихли, а ближайшие соседи решили отойти подальше.
— Извини, я не могу дать тебе подобного разрешения. Но я могу извлечь из тебя священного инсектоида!
— И что же меня в этом случае ждет?
— Ты сможешь войти в число внешних учеников нашей секты.
Вот только испытание с такой смертностью явно не могло иметь целью поиск внешних учеников. Как минимум внутренних, а скорее даже основных — тех, в кого секта вложит бесчисленные ресурсы, чтобы вырастить новых старейшин.
— Смешная шутка, — оскалился я. — Но если у старшего Суня закончились нужные пилюли, то, возможно, предок Бай сможет решить этот вопрос?
— Хочешь пожаловаться на меня главе секты?
— Всего лишь узнать, не найдётся ли у него для меня лишней пилюли. В конце концов, он лично признал, что я прошёл испытание, и наверняка расстроится, если по вине кого-то из его подчинённых я не получу положенного.
— Пф…
Сунь Лаоцзэ не стал утруждать себя объяснениями и просто метнул в меня пилюлей, которую я с трудом перехватил, не позволив ей разбиться о мою голову. Причём получилось это у меня в первую очередь потому, что страж контролировал силу броска.
— Благодарю старшего за справедливость!
— Прими пилюлю немедленно — или я заберу её обратно!
— Позвольте уточнить, старший, это та же пилюля, что получили остальные?
— Верно, младший.
С некоторым сомнением посмотрев на чёрный шарик, источающий не самый приятный аромат, я проглотил его, а затем сел в позу для медитации.
— Как закончите поглощение — идите по дороге, — произнёс Сунь Лаоцзэ. — Я буду ждать вас в храме Небесного Дьявола!
Процесс поглощения пилюли требовал всего нескольких минут, но, когда я уже заканчивал, вновь обнаружил себя в кольце из трех десятков практиков. Несколько десятков секунд они хранили молчание, держа руки на оружии, а затем разомкнулись, пропуская юношу с алыми волосами.
— Чжи Дао, верно?
— Чи Яньлун, кажется?
— Ты оскорбил меня, а я не прощаю оскорблений, — произнёс мой недавний противник. — Однако, если ты встанешь на колени и будешь умолять взять тебя в слуги, то наказание будет не слишком суровым!
— Насколько не слишком?
— Ты и все твои потомки станут моими рабами на тысячу лет!