Она вытерла глаза, в последний раз ткнула в номер на смартфоне. С тоской выслушала серию длинных гудков и нудёж автоответчика. Соскребла себя с пола, подхватила сумку и покинула квартиру.
…Алина больше не пыталась ему звонить. И вообще его заблокировала. Не дождётся! Она точно не станет плакать и ползать, вот хоть весь мир перевернись. Вот только боль почему-то не унималась, всюду мерещились сашкины глаза и улыбка. Иногда она прямо на улице вздрагивала и оборачивалась, потому что ей казалось, он её окликнул.
Александр, тем временем, вернулся из командировки. Хаос и погром в квартире, настоянный на кислом запахе вина, вызвал у него кривую ухмылку, но он, скрепя сердце, засучил рукава и взялся за работу.
Но пятно со стены почему-то рука не поднялась оттереть... Сидел в кресле, смотрел на него, как дурак, с полчаса, наверное. Наконец, вздохнул как древний старик и пошёл собирать вещи, а вечером поезд уже вёз его в Москву.
…Всё когда-нибудь проходит, поутихла и боль, и сердечная тоска.
Потом и весна пришла, да дружная, ранняя. Осталась только лёгкая дымка печали на самом дне души…
И одиночество.
Алина даже не пыталась заводить новые отношения.
Солнышко поджаривало приуральские степи, как румяный блин на сковородке, только вместо того, чтоб пригореть, они стремительно покрывались нежной зеленью. Дачники и садоводы умудрялись устраивать пробки на выезде и въезде в пятницу и воскресенье, хотя их город никак нельзя было назвать мегаполисом.
И Алина тоже вдруг обнаружила себя в садовом центре, увлечённо копающуюся в удобрениях новой фирмы, которую расхвалили в интернете. Вот уже третий год как она пыталась выращивать розы на своём приусадебном участке. И вот уже третий год, как её разочаровывали результаты.
Розы у неё были самыми разными, разных видов и сортов, а то и вовсе беспородные. Из проверенных садовых центров и заказанные из питомников, и взятые у знакомых, но всё одно – не хотели они у неё расти. Цвели шкляво, редко, по весне большая часть выпадала, несмотря на мягкие зимы, ели их и тля, и грибок, несмотря на все опрыскивания, полив, рыхление и подкормки.
Но только тот, кто не знал Алину, мог бы подумать, что в конце концов ей надоест, и она бросит. Напротив, чем сложнее задача, тем выше она поднимала боевое знамя и крепче стискивала зубы.
Алина вышла из центра и прошла мимо маленького стихийного рынка, где бабушки-пенсионерки расторговывались нехитрыми саженцами и рассадой собственного производства. И вдруг остановилась, прикипев взглядом к чудной красавице-розе в стареньком пластиковом горшке. Как же не соответствовало это убогое вместилище алому сокровищу, что жило в нём!..
А может, именно поэтому её единственный бутон, похожий на охваченное любовью сердце, выглядел ещё роскошнее. Алина любовалась розой, позабыв обо всём, и ей подумалось, что именно такая была у маленького принца на его одинокой планетке. И к глазам отчего-то подступили слёзы.
- Что, понравилась тебе моя красавица? – словно сквозь вату донеслись до неё слова пожилой продавщицы. – Это с черенка выросла, прям на удивление. Я черенки в погребе храню, а потом в марте ставлю на подрост. И вот этот черенок возьми, да бутон заложи! А я чего-то пожалела рвать, наоборот, подкормила да под лампу поставила. Так и подумала, что коль в горшке зацветёт, так сразу купят. Это флорибунда «Чёрная вишня», бери, не пожалеешь. Если уж черенок расцвёл, то в саду ей равных не будет, бери!
- У меня может, и не будет, - хрипло сказала Алина. – Не любят меня розы почему-то, три года уже маюсь… жалко такую красотку губить.
Женщина внимательно пригляделась к Алине. В глубоких тёмно-карих глазах мелькнули искорки сочувствия.
- Розы, они такие. Им мало ухода, им душу подавай. Очень к доброте чувствительны и к красоте. Не может быть, чтоб у такой красавицы сердце злое было. Или это ты сама, поди, сердец целую кучу разбила? Парни-то за тобой, небось, толпами, а?..
Алина вздрогнула и неверящими глазами, полными слёз, посмотрела на продавщицу.
- Да. Угадали.
- Хм… Ну тогда. Тогда на вот, бери её просто так. Бери-бери, - чуть не насильно впихнула она розу Алине.
- Что вы, зачем… Я заплачу, скажите, сколько?..
- Не-не-не, милая. Я ещё удивилась, ну как так – черенок ещё толком неразвитый, да вдруг цвести решил. Неспроста это. Теперь и вижу, что неспроста. Для тебя она старалась. Бери. И денег не возьму – нельзя. Знак это, тебе знак. Никто на неё внимания не обратил, два часа уж стою, другое покупали, а её нет. Это она всем глаза отводила.